Сиреневый туман

– Ну почему недостойна? – покачал головой Горшков. – Может быть, и достойна… Если честно, я не сразу тебя узнал. Изменилась ты. Какая была и какая стала, м-да…

К Ростику подошел его напарник. Взглядом показывая на Стеллу, что-то шепнул на ухо. Ростик недоуменно повел бровью.

– Так это из-за тебя была драка? – спросил он. – Может, расскажешь, что здесь случилось?

– Расскажу, – кивнула она. – И даже открытое письмо могу написать.

– Какое письмо?

– А помнишь, ты хотел, чтобы я Сергея Кирсанова обличила? Так вот, я хочу сделать наоборот.

Я хочу, чтобы все знали, какой он герой…

– Так это он тут набедокурил? – Ростик озадаченно потер пальцами мочку своего уха.

– Набедокурил? Да нет, он-то как раз ни в чем не виноват. Чтоб ты знал, он меня от пьяных выродков спас. Они меня в парк тащили, а Сергей их за это побил.

– Получается, это он инициировал драку, так?

– Что-что? – изумленно посмотрела на него Стелла.

– А ты знаешь, что это называется хулиганством? А это, между прочим, статья Уголовного кодекса…

– Ты хочешь сказать, что Сергей – преступник?

– Этот вывод напрашивается сам по себе.

– Так что, по-твоему, было бы лучше, если бы меня затащили в кусты и… Ростик, ты хороший парень. Отличник, спортсмен, активист. На страже социалистической законности вот стоишь. Молодец. Только извини, пожалуйста, но я видеть тебя не хочу!

Стелла смерила его презрительным взглядом, развернулась на сто восемьдесят градусов. И тут же столкнулась взглядом с Оксанкой Каплуновой.

Та смотрела на нее злыми и завистливыми глазами. Стелла с трудом удержалась, чтобы не показать ей язык. В данном случае детские ужимки неуместны. Сейчас самое то – гордо вскинутая голова и равнодушный взгляд. Похоже, у Стеллы это получилось.

Они с Алкой подходили к троллейбусной остановке, когда их нагнал Ростик.

– Тебе чего? – холодно спросила Стелла.

– Как это чего? – Его взгляд был крепче стали, как у товарища Дзержинского на картине неизвестного художника. – Ты подверглась бандитскому нападению.

И я не могу допустить, чтобы эти подонки снова пристали к тебе. Стелла… – На какой-то момент в его глазах появилось нормальное человеческое тепло. И снова взгляд полон классовой ненависти к врагам народа. – Стелла, я обязан проводить тебя домой.

За ним, метрах в десяти, плотным строем шли его подчиненные. Они как бы подчеркивали официальность его намерений.

– Ну что ж, если это входит в ваши обязанности, товарищ Горшков, я согласна.