Сердечная отрава

Или на нормальную работу после отсидки смог бы устроиться…

Но тогда бы и женился он на другой, а не на Сирене. А зачем ему такое счастье?.. Выходить нужно из дела и намертво прикипать к Сирене…

Из раздумья его вывел голос Казимира.

– Эй, чего завис? Приехали!

Машина действительно проезжала мимо церкви, сразу за которой начинался рынок.

Арсен уже снял свое полупальто, но броник еще не надел. И маску надо натянуть. Да и оружие наизготовку взять.

Шмель остановил машину на обочине дороги перед серебристой «Волгой».

– Давайте быстрей! – поторапливал Казимир.

Он даже еще не знал, что происходит там, на барахолке, но уже полон был решимости сунуть голову в пасть зверю. Да и Арсений преодолел нервозность, он тоже готов был биться во всю силу.

Арсений надел бронежилет, оставалось только натянуть поверх него полупальто, когда с рынка вышли подозрительные типы. Кожаные куртки, джинсовые куртки. Мятые небритые рожи, нахальные ухмылки, нахрапистые движения. Среди них выделялся рыжеволосый верзила с широким приплюснутым носом. Гордо вскинутая голова, взгляд победителя, расхлябанная босяцкая походка. Их было с полдюжины, и шли они к «Волге», из которой им навстречу поднимался бугай с лошадиной челюстью.

Детина сделал несколько шагов, что-то сказал и кивком показал на «БМВ» Арсения. При этом пола его куртки отошла, обнажив рукоять двухствольного обреза, который был вложен в самодельный чехол, прикрепленный к поясу. Конструкция настолько же странная, насколько и опасная.

Типы ускорили шаг, в руках у одного появился пистолет, у другого – еще один обрез. Арсений тоже приготовился стрелять, но из машины без команды не выходил.

– Уходим! – скомандовал Казимир. И, когда Шмель стронул машину с места, сказал:

– В лес их выманим, там поговорим.

Агеевские со всех ног рванули к своим машинам, погоня началась.

– А разговор будет, – кивнул Шмель.

– Ну, с нашими скороговорками можно и поговорить. – Буян мягко стукнул кулаком по ствольной коробке автомата.

– Поговорим… Арсен, ты давай за свою Сирену не думай, – хмыкнул Казимир.

– Зачем ты это сказал? – насупился Арсений.

– А затем, что можешь не вернуться к ней.