Король Дебрей

 – Тяжело вздохнув, он обратил внимание на вид из окна: – Безрадостная картина. Весна, а деревья голые. Хотя бы снег растаял в теневых территориях, и то хорошо. Может, скоро одуванчики пойдут.

– Может. – Подметила я. Все-таки быть глыбой льда – не такое простое занятие, как мне казалось ранее. – Что ж, мне нужно идти на обществознание. Жуть, а не урок. Тебя в следующем году тоже ждет та же участь.

Он сконфузился еще больше.

– Надеюсь, что нет. Взрослеть – отстой.

Я рассмеялась. Какой на редкость находчивый парень.

– Именно. Ну, стало быть – пока?

– П-подожди! А когда ты будешь здесь в следующий раз? – Его щеки пылали ярким огнем, то ли от вопроса, то ли от стыдного опоздания.

Пришлось хорошенько подумать. Я пропустила достаточно, а отработка здесь понадобится еще не скоро, если я правильно поняла намеки «Хохотушки». С другой стороны, она тоже непостоянная личность, но она хотя бы держит слово.

– Ты сказал, что придешь завтра.

Заметно оживившись, он кивнул.

– А почему когда никого не будет?

Я пожала плечами. Сама не понимаю, почему сказала это. Стесняться мне нечего, секретов не утаиваю. Да и сейчас в коридоре никого не было, несмотря на отсутствие звонка на урок.

– Спокойнее.

Артур учтиво согласился.

– Тогда, до завтра!

– Эй! – Крикнула я, когда тот уже обернулся: – Меня Рина зовут.

Округлив глаза, он улыбнулся еще шире. Бодренько покивав, мальчишка торопливо побежал по своим делам. От улыбки у меня свело скулы.

«А ведь он даже не пытался съязвить» – подумала я. Обычно дети в его возрасте не расположены на разговор. Некоторые и вовсе стремятся задеть хоть кого-то, чтобы самим не стать объектом травли. «Ох, несладко тебе будет здесь… несладко…»

***

– К тебе опять отец приезжал?!

Я вздрогнула от неожиданного выкрика матери. Металлическая спица с лязгом упала на потертый от мебели паркет.

– Нет, с чего ты взяла?

– Я же знаю, что вы видитесь! О чем вы с ним разговариваете?

– Видимся. – Я всегда старалась быть с ней честной, как бы трудно мне после этого ни было. Странно, у меня никогда не возникало желания врать ей, да и кому-либо еще. Может, потому что я этого не умела, а может от самодисциплины.