Роковой соблазн

– А если я этого хочу?

– А я не обязана!

– Не можешь – научим, не хочешь – заставим… – скалился Сашка, с хищной, но не злой насмешкой глядя на нее. – Знаешь, чем я занимаюсь? Костя разве не говорил?

– Нет! – оживилась она.

– Братва у нас, дела делаем. Если вдруг какие проблемы, любого на штыки поднимем… Ты меня понимаешь?

– И меня на штыки?

– Ну, с тобой я сам… – хмыкнул он. – Если не захочешь…

– Ты настоящий джентльмен, – язвительно усмехнулась она. – Умеешь ухаживать за дамами.

– А чего ухаживать? Забирайся ко мне в кузов и поехали.

– А как же Костя?

– А при чем здесь Костя?.. – нахмурился Гасанов. – Разве ты с ним тусуешь?

– Нет. Но у вас, кажется, уговор был.

– Уговор был. Только он с тобой не хочет.

– Может, и не хочет… – Татьяна почувствовала, как слезы подступают к глазам. – Но уговор остается в силе.

– Это не так. – С досады у него слегка дрогнул голос.

– Так!

– Ты уже не с ним…

– А уговор со мной!

– Ну, договор можно перебить! – просиял вдруг Сашка.

А Татьяна, напротив, сникла. Костя, конечно, сволочь и достоин только ее ненависти, но если с ним что-то случится, она проклянет себя. А случиться может, если Гасанов сейчас не с ним, а с братвой. Видела она бандитов, о которых он говорил, ну и рожи. И Саша не лучше. А какие у него кулаки. Зажмет Костю в угол и пустит их в ход – вдруг на этот раз его возьмет? А он и до смерти забить может…

– Не надо.

– Почему не надо? Надо!.. – не на шутку разошелся Сашка. – Перебьем договор, будешь моей.

– Я тебе не вещь, чтобы по рукам ходить.

– Не вещь?! – серьезно задумался он. И согласился: – Ну да, не вещь…

– Какие могут быть договоры?

– Ну, можно и без договоров… А давай сегодня в кабак… э-э, в смысле в ресторан сходим?

– С тобой?

– А чем я плох? – напыжился Гасанов.

– Нет, не пойду я с тобой в ресторан.

– Почему?

– Сначала с Костей разберись! – Татьяна ладонью рассекла воздух – как будто гордиев узел разрубала.

Она не вещь, чтобы принадлежать кому-то согласно договору, но Саша мог просто набить Косте морду.

Баулин – сволочь, и его нужно за это наказать. А она, возможно, признает в Гасанове победителя, может, даже признает силу договора, который он перезаключит с Костей. Вряд ли она влюбится в него после этого, но зато сможет выбросить из головы Костю. Как наваждение. Как проклятие чертового договора…

Ей нужна свобода, именно к ней она и стремилась, позволяя Игорю обнимать себя.