Постой, паровоз!

Шипилов уже давно в морге, Зиновию предъявили обвинение и вчера перевели в изолятор. Она же переехала на новую квартиру, где сейчас и обживается. В парикмахерскую сходила – укладка, маникюр. Домой возвращалась, когда появился Лебяжный. Опер поджидал ее во дворе дома. Во-первых, как он узнал, где она живет? А во-вторых, почему он пришел именно сюда? Шипилов тоже подкарауливал ее возле дома, известно, чем это все закончилось…

– В чем дело, товарищ капитан?

Наташа не возмущалась, не кичилась. Это был как раз тот случай, когда она должна была изображать из себя пусть и не совсем тихую, но смирную овечку.

– Да вот, поговорить хочу.

– Люди кругом, шумно.

– Вот и я о том же, – усмехнулся майор. – Может, к себе на чашечку кофе пригласите, а?

– Исключено.

– Почему?

– Один уже напросился.

– Напросился? А может, вы сами его совратили?

– Нет. И вас я совращать не буду, даже не надейтесь.

Уж не для того ли он пожаловал к ней домой, чтобы оказаться с ней в одной постели? Шипилов тоже был не прочь испробовать ее тела.

Испробовал на свою голову… Может, и Лебяжный хочет пройтись по проторенной коллегой дорожке, чтобы через это найти ключ к детективной загадке? Но ведь ясно же, что Шипилова убил Зиновий…

– А может, все-таки, а? – насмешливо-похабно посмотрел на нее майор.

– Мне не нравится ваш тон.

– А капитан Шипилов вам нравился?

– Он – да, вы – нет.

– Что, резону от меня никакого нет, да? Какой смысл меня совращать?

– Не понимаю, о чем вы!

– А что тут понимать.

Шипилов разрабатывал Чернакова, то есть вора в законе по кличке Черняк. Знаете такого?

Наташа готова была к подобному повороту событий, понимала, что менты могли глубоко копнуть.

– Ну, слышала, – без тени беспокойства во взгляде кивнула она.

– А я слышал, что вы спали с ним.

– Вас бессовестно обманули.

– Глупо было бы ожидать признаний от аферистки.

– Это я-то аферистка?! – возмутилась она.

– Праведный гнев оставьте для своих любовников. А у меня вы как на ладони.

Вы, конечно же, в курсе, что Шипилов мешал Черняку?

– Без понятия.

– Да нет, понятия вы как раз имеете. А эти самые понятия имеют вас. В лице гражданина Чернакова. Что-то подсказывает мне, что Нетребин Шипилова не убивал.

– А я и не говорю, что он убивал.

– Да, но и не отрицаете. Сдается мне, что Шипилова убрали по личному распоряжению Чернакова.

Лебяжный смотрел на нее в упор – тяжелым пронзительным взглядом. Такое ощущение, будто видел ее насквозь.