Отступники

А Марцев навел автомат на молодого чеченца. Игорь услышал, как жалко заскулил приговоренный.

– Витек, оставь его!

Только что Игорь с легкостью стрелял в этого сосунка, но сейчас он готов был встать на его защиту. Наверху все стихло, и в подвале уже не стреляют. Все, закончился бой, ни к чему лишние жертвы.

Игорь подошел к чеченцу, который сидел на полу, коленями закрывая подбородок. Обхватив голову руками, он умоляюще смотрел на него. Совсем еще пацан, вряд ли больше семнадцати. Большие без раскосости глаза, чернющие брови, острый с кривизной нос, кожа, едва знакомая с бритвой.

– Сопля еще зеленая, – сплюнув ему под ноги, сказал Дергун.

– Зеленые сопли ядовитые!.. – зло процедил Марцев. – Кольку Глухова убили… Может, эта падла и убила!..

Игорь кивнул. С Колькой Глуховым он начинал службу и в Чечне с ним с первого дня. За Кольку он сам готов был пристрелить любого. И если Марцев хочет отомстить, мешать он ему не станет.

Но Витя стрелять не стал. Игорь своим окриком укротил волну ярости, которая не поднялась в полную силу.

– Урод! – Он ударил чеченца прикладом в лицо и, схватив за шкирку, потащил к выходу.

Бой окончен, пора подсчитывать потери и собирать пленных… Но сколько еще впереди таких боев. Сто дней до приказа уже на исходе, но дембелей не сразу распустят по домам. Может, через месяц после приказа, а может, через два. А обстановка в Грозном серьезная, центр города уже занят, но на окраинах еще вспыхивают бои.

* * *

Небо низкое и темное, как отсыревший потолок в тюремном карцере. Холодный злой ветер швырял в лицо колючие снежинки. Но мужчина в затертом кожаном пальто, казалось, не замечал непогоды. Жесткие грубые черты окаменелого лица, суровый морозный взгляд, монументальная тяжеловесность в мощном теле, и стоял он уверенно, как столетний дуб, корнями вросший в землю. Никакая стихия, казалось, не могла сдвинуть его с места.

– Это наша земля, мы здесь стояли, когда тебе мама сопли вытирала.

Голос у него низкий, гудящий, басы и звенят в нем, и хрипят. Стоящий перед ним здоровяк с бритой шишковатой головой смотрел на него, как на притормаживающий паровоз. Вроде бы остановиться эта махина могла, но если тормозам не хватит мощности, она может и раздавить. Успеть бы отпрыгнуть…

– В твоей земле тебя и похоронят, – сказал здоровяк.