Не жалею, не зову, не плачу

У меня туфли скромно смотрятся, но это Австрия, без дураков…

Обида застилала глаза. Я шел, не разбирая дороги. Очнулся уже за пределами школы. Впереди новостройки под стрелами башенных кранов, справа – сквер, слева высотный дом с магазином на первом этаже. К магазину была пристроена пивная, возле которой толпились мужички характерной наружности. Я обратил внимание на двух типов с испитыми лицами – высокий толстяк с сизым носом и низкорослый худыш с рахитной головой. Один пересчитывал монеты на раскрытой ладони, другой смотрел на них жадными и тоскливыми от безнадеги глазами.

– Друг, гривенника случайно не будет? – заискивающе спросил он.

– Где ты видел, чтобы деньги случайно были? – насмешливо спросил я.

В общении с Лизой я был скованным и даже робким. Терялся, мямлил, молча глотал обиды. А так я вовсе не трус и, если надо, за словом в карман не лезу.

– Ну, всего-то десять копеек, – жалобно протянул рахит.

– Трояк могу дать.

– Три рубля? Ого!

– Да не ого, а за работу… Дело одно есть…

Уже через десять минут рахит вместе с толстяком имели удовольствие лицезреть прекрасную Лизу и горку земли, на фоне которой она стояла – хорошо, если в ожидании блудного помощника, то есть меня. Хотел бы я, чтобы она ждала меня – не важно, что в качестве бесплатной рабочей силы.

– Не, здесь слишком много, – глянув на кучу, почесал затылок толстяк.

Лиза его совершенно не волновала, потому как ее дивная красота не ассоциировалась с бутылкой водки.

– Трешки будет мало, – подтвердил рахит.

– Три рубля. И еще два – премия за срочность.

Я достал из кармана пятирублевую купюру, махнул ею перед глазами здоровяка с таким видом, будто это была волшебная палочка.

– Нормально!

Толстяк взялся за лопату, рахит чуть ли не силой вырвал у Лизы грабли. Работа закипела…

– И что это такое? – в недоумении глядя на меня, спросила она.

– Не что, а кто… Обездоленные люди, как видишь. Без роду и племени, нигде не учатся и не работают. Но сознательные. Хотят поработать на субботнике, а никто их не приглашает. Бедные. Мне так стало их жаль, что пришлось уступить свое место. И твое, извини, тоже… Но если ты настаиваешь, мне придется забрать у них твои грабли…

– Да ладно, пусть работают, – пожала плечами Лиза.

Похоже, мое красноречие не произвело на нее особого впечатления.