Не жалею, не зову, не плачу

Или выкуренная трава подействовала на него как сильный допинг, или он по природе своей был таким проворным; так или иначе, он вдруг резко выпрыгнул вверх. Оттолкнувшись ногой от верхнего среза фундаментной ленты, он обхватил Алену двумя руками. Она и опомниться не успела, как оказалась вместе с ним на земле. А к тому моменту, когда ее запоздалый крик готов был вырваться из груди, Витек уже сжимал рукой ее рот.

Он был здоровый и сильный, как Кинг-Конг. И к своему номеру понес ее с необычной легкостью, как будто она была не человеком, а соломенным чучелом.

И нес он ее умно: вдоль забора, так, чтобы оставаться в тени и вне поля зрения возможных наблюдателей. Впрочем, бояться ему было некого. Отец давно уже ушел с балкона. Иначе бы он слышал, как Алена разговаривала со своим похитителем… А если вдруг он слышал или даже видел, что произошло с дочерью, то у него просто-напросто не хватит смелости вмешаться…

Витек нес ее к себе в номер, а она беспомощно барахталась в его медвежьих объятиях, задыхаясь от нехватки воздуха и ненависти к бездарному отцу.

Хотя все же надеялась, что ее хватятся и спасут.

В номере горел свет, на экране телевизора крутились видеоклипы, пахло тяжелым конопляным дымом. Стол на середине комнаты, початая бутылка водки, тарелки с жалкими остатками закуски. На одной кровати, спиной к двери, спал парень. Кожаная куртка лежала в ногах, свитер задран, из-за пояса торчала рукоять самого настоящего пистолета. Еще один парень восточной наружности сидел на диване, тупо глядя в потолок.

Он даже не отреагировал на появление своего дружка и его жертвы.

Витек силой усадил Алену на диван. Его дружок продолжал витать в своих галлюцинациях и даже не глянул на нее.

– Сиди! – приказал он. – И молчи!

Но Алена молчать не собиралась. И, когда Витек убрал руку с ее рта, заорала во весь голос:

– Ты что делаешь?

Витек растерялся всего лишь на мгновение. Второго мгновения ему хватило, чтобы выдернуть из-за пояса свой пистолет. Он направил на нее ствол, и от дикого ужаса, охватившего девочку, крик застрял в ее горле.

– Я же сказал, молчи! – дыхнув на нее перегаром и табачно-конопляным зловонием, сказал он.

Алена надеялась, что ее крик не останется незамеченным. Если отец струсит и побоится самолично прийти к ней на помощь, он хотя бы сможет вызвать милицию.

Но ее крик смог потревожить только парня, сидевшего на диване рядом с ней.

– О! Какая телка! – глянув на нее, на одной ноте протянул он.