Нет жалости во мне

– Я тоже, – поддержал его Эрик.

– Не знаю, чем вы ему поможете, – пожал плечами седовласый мужчина. – Но как хотите. Только из отделения попрошу…

Они устроились на скамейке в гулком холле между реанимационным и хирургическим отделениями.

– Действительно, чем мы можем ему помочь? – спросил Эрик.

– Не знаю, но я буду ночевать здесь, – упрямо качнул головой Алик.

За окнами уже стемнело, когда к ним присоединилась Катька. Как всегда, коэффициент ее полезного действия был на высоте: она принесла бутерброды и чай в термосе.

– Эх, Катька, выходи за меня замуж, – в шутку предложил Эрик. – Я с такой женой не пропаду.

– Нет, я с ним буду, – сказала она, грудью прижавшись к руке Алика.

– Что, всю ночь?

– Да хоть всю жизнь. Если позовет…

– Может, и позову, – сам от себя такого не ожидая, сказал Алик. И чуть подумав, поставил условие: – Если ствол принесешь.

– Не могу, – стушевалась она.

– Почему?

– Нет его… И не было… Показалось вам… А зачем вам ствол? Валька охранять?

– Как ты догадалась? – саркастически усмехнулся Алик.

– А я вообще-то девочка догадливая. Потому и в больницу тебя не потащила. А Валек ваш здесь, и его отсюда не заберешь… Из милиции уже приходили? – с серьезным видом спросила она.

– Если бы приходили, мы бы знали.

– А ведь не приходил никто, – в мрачном раздумье изрек Эрик. – А должны прийти, чтобы уголовное дело завести…

– Вот и я так думаю, – кивнула Катька. – Только как бы от Игорька за ним не пришли. Чтобы показания против него не дал…

– Вот я тебя и прошу, принеси ствол, – сказал Алик.

– Нет, я лучше дядьке позвоню. Он у меня большой человек и лучше нас знает, что нужно делать…

Катя прошла в отделение, договорилась с дежурной сестрой, с ее телефона связалась со своим влиятельным родственником. И снова она смогла сотворить маленькое чудо. Часа через три в отделении появились два сержанта патрульно-постовой службы, один с пистолетом, другой с автоматом. Правда, они тут же потребовали, чтобы Алик, Эрик и Катька покинули, как было сказано, расположение больницы.

На темном, шитом звездным бисером небе висела полная луна. Ночь светлая, теплая, но, как ни странно, во дворе дома никого не было. Даже ровесницы революции куда-то подевались.

– Что-то не нравится мне все это, – встревоженно сказал Эрик.