Мужчина, которого предала женщина

– Дома… Теперь это твой дом, придурок, – сказал вихрастый.

– Ага, дорога дальняя, казенный дом.

– За что?

– А то ты не знаешь.

– Нет.

Валентин вспомнил свой сон, где он убивал ножом киллера… Он глянул на свои руки, измазанные чем-то засохшим, темно-красного, почти коричневого цвета. Это же кровь! И на футболке кровь, и на джинсах…

– Этого не может быть, – в панике пробормотал он.

Неужели он убил киллера наяву?… Но как это произошло? Почему он ничего не помнит?…

– Да, парень, влип ты в историю, – сочувствующе, но без жалости покачал головой вихрастый.

– Мне… Мне нужно в туалет.

– Терпи. Скоро утро, тебя в изолятор переведут, там в камере сортир есть. А здесь терпи.

– Не могу терпеть!

– Тогда под себя! Я с бешеным связываться не хочу, – уходя, обращаясь к своему спутнику с автоматом, сказал вихрастый.

Милиционеры ушли, а Валентин кое-как добрался до скамейки, лег, плотно сжав ноги, чтобы сдержать позыв. Он все еще был пьян, и это помогло ему спрятаться от ужасающей действительности в зеленой пучине хмельного сна.

А утром его растолкали, сковали руки стальными браслетами, куда-то повели. Голова раскалывалась от боли, нутро выворачивалось наизнанку, во рту сильно пересохло, а содержимое мочевого пузыря рвалось наружу. Валентин упросил конвоира свернуть в туалет, справил нужду, и только тогда его доставили по людным коридорам в кабинет к следователю.

Тучный вислощекий мужчина в годах только что наточил карандаш и теперь рассматривал грифель на свет, как будто успех предстоящего допроса зависел исключительно от его остроты.

– Наручники снимать? – спросил он у следователя.

Тот кивнул, и Валентину расковали руки. Но свободным он себя не почувствовал.

Следователь отпустил конвоира небрежным взмахом руки, даже не глянул в его сторону. Он был увлечен своим карандашом – смотрит на него, не налюбуется. Валентин не прерывал его занятия. Зачем? Ведь спешить ему некуда, а в кабинете спокойно, не жарко. И графин воды на столе. Очень хотелось пить, но ведь рано или поздно следователь обратит на него внимание и позволит утолить жажду. А пока он занят своим делом, можно немного подремать.