Мертвая бухта

Мы вернулись во двор, пропустили по чарке вина, переоделись, вооружились фонариком и снова вышли на тропу войны со своим страхом перед покойниками.

Ворота на кладбище, как всегда, были открыты настежь, за ними в темноте над могилами парили светлячки, явление для этих мест, в общем-то, привычное. Но мне стало не по себе.

– Это фосфор из могил выходит, – прижимаясь ко мне, пробормотала Лика. Она, казалось, совсем не прочь была вернуться домой, но я уже, как говорится, «закусил удила»:

– Да нет, обычные светлячки, – и посветил фонарем вдоль главной аллеи, но луч рассеялся в гуще лесного мрака.

Лика еще крепче прижалась к моей руке, и я, почувствовав, что она слегка дрожит, поспешил ее успокоить:

– Не бойся. Сейчас на могилу глянем, и назад.

– Ой! – Лика вдруг отпрянула от меня и, оказавшись за моей спиной, крепко обняла обеими руками.

Она пряталась от человека, который стоял в темноте неподалеку от нас у самого забора. Я-то думал, что это памятник, но Лика разглядела человеческий силуэт.

– Пошли отсюда! – потянула меня Лика к воротам, которые были неподалеку от нас.

Я поддался искушению, позволил увести себя с кладбища. Но на полпути к дому остановился и, глядя на нее, спросил:

– Ты что, испугалась?

– Ты же сам говорил, что живых надо бояться.

– А он живой?

– Да ну тебя!

– Пойдем, спросим!

Я заставил себя вернуться к месту, с которого только что позорно бежал, посветил фонариком, но человека нигде не было, только кресты и памятники. Я шарил по ним лучом фонаря, но с места не сдвинулся. И чуть не вскрикнул от страха, когда Лика коснулась меня рукой.

– Ну все, пошли, – прошептала она и снова потянула меня к дому.

На этот раз я упрямиться не стал. В конце концов, я уже доказал, что не трус.

Глава 2

Шторы были задвинуты плотно, и все же луч солнца прорезал их на стыке и защекотал мне ресницы, заставляя открыть глаза.

Лика сладко спала, свернувшись калачиком, но время уже пришло, пора вставать – и на море. Пока полуденная жара не навалилась.

– Подъем! – сказал я, сунув ноги в тапочки.

– Ну не надо, – пробормотала она, набрасывая на голову подушку.

Я усмехнулся, вспомнив нашу первую ночь.