Любовь в законе

Да и Макару бы она не позволила распускать руки. Наверное…

Домой она вернулась поздно, но ни мама, ни ее сожитель не обратили на нее никакого внимания. Они сидели на кухне, пили водку, курили. Полину мутило от табачного дыма, но возмущаться она не стала. Ее тянуло к Макару, и как бы она на него ни злилась, хотелось быть рядом с ним.

– Ну как, стала невестой? – с хмельным задором спросил он, не выпуская из губ сигарету.

– Тили-тили тесто… – пьяно хихикнула мама.

Полина раздраженно глянула на нее. Дура дурой, да еще и затасканная, как дама пик в старой карточной колоде.

– Да, представь себе! Жених и невеста!

– А жить вы где будете? – спросила мама.

– А тебя только это волнует? – с вызовом спросила Полина.

– Ну, жилищный вопрос – не последнее дело, – сказал Макар.

Мама хотела кивнуть, но всего лишь уронила голову на грудь, не в силах поднять ее обратно.

– Да? А я разве не говорила тебе, что бабушка приватизировала эту квартиру?

– Приватизировала?! – встрепенулась мама.

У нее вдруг появились силы, чтобы поднять голову. И желание, чтобы посмотреть дочери в глаза.

– Да, приватизировала! – злорадно усмехнулась Полина. – И наследство на меня оформила.

– Но я же здесь прописана, – осоловело смотрела на нее мама.

– Прописка у тебя только в паспорте.

– Она не могла… Она не могла притева… приватизировать без моего согласия.

– А вот смогла!

– Я буду жаловаться…!

– Остынь! – жестко глянул на маму Макар.

И она усмиренно затихла, снова уронив голову на грудь.

– Ты, дочка, не обращай на нее внимания, – махнув на нее рукой, в примирительном тоне сказал он.

– Какая я тебе дочка? – с досадой спросила Полина.

– Ну как это какая? Такая, что замуж тебя отдаю. Дочку замуж отдаю, слышишь? Выпить за это надо!

Он потянулся к стоящей на столе бутылке, но спохватился и отдернул руку.

– Ты же не пьешь. Но себе налью, если не возражаешь.

– И мне тоже! – решительно посмотрела на него Полина.

– Ну, если ты решила взрослеть…

Он налил ей полную рюмку, и себя не обделил, и маму, которая ожила, услышав звук льющейся жидкости.

Полина выпила, сморщившись от горечи, а Макар протянул ей нанизанный на вилку колбасный кружочек. И тут же ей в голову пришла мысль, что ей нравится есть из его рук. Она даже зажмурилась от удовольствия, снимая губами этот кружок.

Водки в рюмке было немного, граммов пятьдесят, не больше, но Полина сразу же захмелела.