Грубые развлечения

Это за границей институт гувернанток развит хорошо, а в России все как в России. Одна гувернантка оказалась старой и глупой, другая относительно молодой, умной, но истеричкой. Да и мама тоже хороша. Третья гувернантка знала свое дело, нашла с Игорем общий язык, подтянула его по всем предметам. Но не сошлась с Татьяной Геннадьевной во мнении по вопросам воспитания детей. Как говорится, нашла коса на камень… Шестая по счету гувернантка оказалась настоящей Фрекен Бок из шведской сказки. Но Игорю не очень-то хотелось чувствовать себя при ней Малышом, поэтому маме пришлось и ее уволить.

Игорю было уже четырнадцать, он должен был учиться в девятом классе, но едва тянул программу седьмого. В самую пору бить тревогу, всерьез взяться за образование сына, но мама не унималась. Все подыскивала новую гувернантку. И пока что безуспешно.

Мама владела собственной туристической фирмой, довольно крупной по российским меркам. Работала, что называется, не покладая рук. Уезжала рано, возвращалась поздно, только по выходным Игорь ее и видел.

Татьяна Геннадьевна недавно отпраздновала свое «шестнадцатилетие». На самом же деле ей стукнуло тридцать пять. Но выглядела для своих лет она здорово. Моложавая, элегантная, ухоженная, поведение и стиль деловой леди. То, что она красивая, и говорить нечего. Для каждого ребенка его мама самая красивая женщина в мире.

– Не надоело бездельничать? – спросила она.

– Надоело, – честно признался Игорь.

Когда ходишь в школу, кажется, что хуже этого занятия ничего в мире нет. Но когда маешься от безделья, не знаешь, чем себя занять, тогда школа манит и зовет.

– Учиться тебе надо.

– Сам знаю… Мам, отправь меня в школу, а? Пусть это будет восьмой класс, мне уже все равно…

– Еще чего! Мой сын – и второгодник… Нет, так не пойдет, мой дорогой.

– Если заплатить, меня возьмут в девятый, а я тебе обещаю, что наверстаю упущенное…

– Заплатить, какой ты умный!.

Игорь тяжко вздохнул. Опять ему подсунут какую-нибудь дуру с умным лицом. Надоели ему эти бестолковые тетки, которые только вид делают, что знают все на свете. Попадется какая-нибудь сушеная вобла или толстуха с вонючими подмышками. Маме-то что, ей с нею не заниматься.