Кто не выжил, я не виноват

Именно так он и сказал. Эдику его идея понравилась, но я решительно отказалась».

– На раздевание? – спросил Ефим и буквально вонзил взгляд в Тамару, требуя согласия.

– Ну, это уж как пойдет, – ответил Эдик, одной рукой обняв ее за плечи.

– Как по маслу пойдет, – заявил Ефим, выразительно глянув на жену.

Он выпил раза в два больше, чем Тамара, и был порядком навеселе. Язык у него заметно заплетался, но взгляд, как ни странно, не стал пьяным, оставался вполне осмысленным и коварным.

– Я люблю, когда по маслу, – произнес Эдик.

– Меня сейчас стошнит, – сказала Тамара.

– Выйди на воздух.

– Мы и так на воздухе.

Они сидели на открытой веранде, продуваемой насквозь с запада на восток. Но тянул только легкий теплый сквознячок. На часах было уже десять с лишним, сумерки потихоньку сгущались. Еще не стемнело, а вечер уже стал пьяным.

– Тогда покури. – Эдик хлопнул себя по карману, в котором у него могла бы лежать пачка сигарет, если бы он курил.

– Очень смешно! – съязвила Тамара.

– Теперь верю, – проговорил Ефим, с едкой насмешкой глянув на нее.

– Во что? – не поняла она.

– В то, что вы муж и жена.

Тамара хотела возразить, но Эдик тронул ее за руку, подбивая на сговор.

– Еще какая жена! – сказал он и поцеловал ее в щеку.

– Дети есть?

– Пока нет.

– Будут! – Ефим сально подмигнул Тамаре. – Дети – цветы жизни. Тут главное – семена вовремя бросить. Друзья помогут.

– Хорошие у нас друзья, да, дорогая? – Эдик протянул руку, собираясь обвести ею пространство, но так и не сдвинул ее в сторону, на одну только Татьяну и показывал.

Он хотел дружить только с ней. Лишь так и можно было его понять.

Тамара с грустью усмехнулась. Она знала всех его друзей. Когда-то Эдик водил ее к ним в гости, были встречи с ними в ночных клубах. Тогда он представлял Тамару своей невестой, а сейчас назвал ее женой, но произошло это в какой-то подозрительной компании.

Видимо, настоящих его друзей она недостойна.

– Да, хорошие, – сказала Тамара. – Только меня сейчас стошнит.

– От друзей? – осведомился Ефим и нахмурился.

– Вообще, – ответила Тамара, резко отодвинула стул, поднялась и сильно качнулась.

Ефим подал ей руку, но принимать его помощь она не хотела и отшатнулась.