Кто не выжил, я не виноват

Она сама заговорила о работе в Москве, значит, хочет, чтобы он остался здесь. По-другому парень понимать ее не хотел.

– Дело нужное. Рада была тебя увидеть, Родион. Спокойной ночи! – проговорила Тамара и повернулась к нему спиной, собираясь уходить.

А уйти она могла навсегда. Завтра рано утром ей на работу, вряд ли она захочет с ним попрощаться.

– А ты не могла бы поговорить с этим дядей Виталием?

Он протянул к ней руку. Так утопленник тянется за спасательным кругом, который висит на далекой пристани.

Тамара сама должна была предложить ему протекцию, но если гора не идет к Магомету, то на лыжи нужно становиться самому.

Тамара остановилась, приложила палец к виску, медленно повернулась к нему и посмотрела на него внимательно, взыскательно, прямо как начальник отдела кадров на новичка.

– А у тебя опыт работы есть?

– Четыре года.

– Когда ты успел?

– Как это когда? Я в двадцати три года призвался.

– Значит, сейчас тебе двадцать пять, – сказала Тамара и кивнула самой себе.

– Да. И опыт большой. Руки откуда надо растут.

– Когда ты можешь начать работу? А то сперва домой, потом обратно. Так и лето закончится.

– Да хоть завтра.

– А как же родители?

– Они поймут.

– Ну, хорошо, я спрошу.

Тамара ушла, а Родион лег спать, сожалея о том, что подушка в чистой наволочке принадлежала не ей. Подушка эта хранила запах Вики, а он хотел дышать ароматом любимой женщины.

Тамара могла позвонить своему дяде прямо сейчас.

Родиону нужно было знать, уезжать ему утром или нет. Если его не возьмут на работу, то завтра он уже не будет путаться у нее под ногами. Она могла и не звонить, а просто сказать нет. И завтра утром он исчезнет из ее жизни.

Время шло, а Тамара не появлялась. Часы уже пробили полночь, когда дверь наконец-то открылась. Из коридора в спальню ввалилась Вика. Этого щуплого цыпленка с короткой стрижкой невозможно было перепутать с изящной полногрудой Тамарой.

Вика именно ввалилась в комнату.

С закрытыми глазами, в режиме свободного падения она спланировала на кровать. Не сдвинься Родион в сторону, эта барышня легла бы прямо на него.

Укладываясь, она даже не прикоснулась к нему. Но когда легла, положила на него руку.

– Кто здесь? – не открывая глаз, спросила Вика.

– Я тебе не снюсь.

– Жаль. – Она убрала руку, повернулась к нему спиной.

Ночная рубашка на ней длинная, но, судя по всему, надетая на голое тело.