Кодекс мстителя

Конечно же, я не могла с ним согласиться, не сделала этого, но язык все-таки решила попридержать. В отцы он, понятное дело, не годился, но я должна была хоть как-то отблагодарить его за то, что он сделал для меня. Ведь Гена не шутил со мной, он действительно снимал грязное порно. Я могла стать его актрисой, но не стала. Потому что я Вадиму дорога. Как дочь своей матери.

Но ведь он ценит меня и саму по себе. Ну, может, уже не так, как прежде, но все же…

– Я тебе не папочка, но слушаться меня ты должна.

Машина плавно катила по городу, ход у нее мягкий, тихий, убаюкивающий.

– Хорошо, папочка, я буду тебя слушаться.

Да, мне действительно не стоило ему дерзить. Я это понимала, но все-таки голос мой прозвучал язвительно.

– Вот и хорошо. Что там у тебя с Иваном?

– Все просто замечательно! – выпалила я с каким-то нездоровым озорством.

Мне хотелось вредничать, злить Вадима. Ведь он же набивается в папочки, хотя мог бы стать моим парнем.

– Рожу ему ребенка, пока он служит в армии. Иван вернется, и мы поженимся!

Да! У меня будет ребенок! От Ивана!.. Может, я призналась в этом сдуру, но все-таки с умыслом. Причем злым. Сейчас я, может, уже не интересна Вадиму, но ведь совсем недавно он за меня дрался, получал и по морде от Ивана, и от моих ворот поворот. Вадим оказался неудачником в этом единоборстве. Я досталась Ивану, а не ему. Да и залетела я от Ивана, а не от него. Пусть он на себе прочувствует, каково это быть неудачником.

– Родишь ему ребенка? – голос Вадима дрогнул.

Он даже приложил ладонь к груди, чтобы восстановить сбитое дыхание. Проняло его, и я была только рада этому.

– А что здесь такого? Я женщина, мне по природе положено рожать детей. Вот если бы я была мужчиной!.. Но ведь это же не так, да?

– Ты не мужчина, а баба, да еще жутко глупая.

– А тебе-то что? Я же не твоя девушка. И ребенок не от тебя. Чего ты волнуешься-то?

– Не от меня!.. В том-то и дело. Мать знает?

– Моя или твоя?

– Издеваешься?

Я усмехнулась.

А ведь это не тема для шуток и тем более издевок. Мне вдруг стало страшно. Иван в Чечне. Если он погибнет, я останусь одна с его ребенком на руках. А ведь я ему даже не жена. Я буду рассказывать, что мой жених геройски погиб в Чечне, только кто мне поверит? За глаза высмеют и обзовут шлюхой. Замуж потом никто не возьмет. Буду я мыкаться всю жизнь точно так же, как моя мать.