Кодекс мстителя

– И что теперь? – Диана смотрела на меня с тревогой, но где-то в глубине ее глаз я видел и что-то вроде радости.

Над нами сгустились тучи, это не могло ей нравиться, но ведь гроза готова была разразиться из-за ее красоты, из-за той великой ценности, которую она собой представляла. Эта мысль, конечно же, льстила женскому самолюбию.

– Я пытался к ректору пробиться, но бесполезно. Приказ подписан и обсуждению не подлежит – так мне сказали. Дергаться нет смысла. Если я не пойду в военкомат сейчас, то меня призовут осенью.

– Буду. Конечно, буду. Даже не сомневайся.

Диана поцеловала меня в губы, и все мои сомнения тут же улетучились. Но стоило мне спуститься на землю, как они сразу вернулись.

– Ты же понимаешь, что Вадим избавляется от меня не просто так?

– Понимаю, – кивнула она.

– Он же тебе проходу без меня не даст.

– А я из дома выходить не буду.

Эти слова отдавали глупостью, и Диана слегка поморщилась, осознав это.

– Я что-нибудь придумаю. Хочешь, я волосы кислотой оболью?

Девушка она, в общем-то, спокойная, неглупая и рассудительная, но иногда бывает чудной. Вот и сейчас отличилась.

– Конечно.

– Хочешь? – удивилась она.

– Да, желаю, чтобы ты Вадиму волосы кислотой облила. Только делать этого не надо.

– Не надо, тебя посадят…

В сообразительности Диане никак не откажешь. Вдруг это поможет ей выкрутиться из ловушки, которую готовит ей Вадим? А он точно продумывает какую-то пакость, это и к цыганке не ходи.

– Все равно набью, – покачал я головой. – Дам в лоб и сразу уйду в армию! Только меня и видели!..

– Правильно сделаешь, – согласно кивнула она. – Морду ему набить надо. Только, пожалуйста, не делай этого. Вдруг не Вадим тебя подставил, а все само по себе так получилось? Может, он тут не при делах? Ты его изобьешь, а я отвечать буду.

– Нет, это он меня подставил, больше некому. Но ты права, трогать его не надо. Как бы оно боком тебе не вышло.

– Если я кислотой обольюсь, он потеряет ко мне интерес, – вроде бы в шутку, но вместе с тем и всерьез сказала Диана.

Она тоже искала выход из положения, потому в ее прелестной головке и рождались столь чудовищные идеи.