Ключевой инстинкт

Там свои пункты, которые нужно вбить в баланс. Попробуй только вписать неправильную цифру, вся отчетность полетит. Вместе с головой.

Но Марьяна не жалуется, она уже привыкла к скалолазанию по графам и столбцам. Тут нужны холодная голова и ясное зрение.

Лариса этим похвастать не может. У нее трагедия, от Никиты Высокова ее отлучили. Работы у нее полно, а она за птицей счастья бегает.

Дверь открылась, и Лариса плывущей походкой вошла в кабинет.

Марьяна едва глянула на нее, но Ларисе хватило и этого.

– Чего смотришь? Думаешь, умыла меня? – зло, но с затаенной радостью спросила она.

– Я думаю? – Марьяна оторопело вскинула брови.

– Думаешь. Сама на мое место метишь!

– Это ты себе там что-то надумала.

– Никита – мой, поняла?

– Да поняла она! – Татьяна Михайловна раздосадованно глянула на Ларису. – Работай!

– Он меня, между прочим, в ресторан пригласил!

– Рада за тебя.

Марьяну оскорбил неожиданный выпад девушки, которую она считала своей подругой, поэтому ее ответ прозвучал недружелюбно.

Лариса поняла это по-своему и спросила:

– Завидуешь?

Марьяна промолчала. Не завидует она, но Лариса сейчас в таком состоянии, что спорить с ней бесполезно.

– Завидуешь!

– Работай! – подстегнула Татьяна Михайловна.

– Скоро вы тут все на меня работать будете, – себе под нос пробурчала Лариса.

– Что?!

– Ничего!

Работа не волк, в лес не убежит, именно поэтому Никита со спокойной душой отлучился с завода. Но ненадолго. Он съездил в гостиницу, заказал там номер и обед в ресторане на час дня.

Поэтому им с Ларисой не пришлось долго ждать. Официант подал салат из морепродуктов, солянку. Жаркое в горшочках чуть остыло, но Никиту это не расстраивало. Впереди его ждало горячее блюдо.

– Как насчет шампанского с клубникой? – спросил он, не вынимая глаз из декольте.

– Хочу! – Лариса игриво улыбнулась.

– Тогда прошу в номер! – Он бросил на стол три тысячные купюры и помог Ларисе подняться.

Они прямо из ресторана прошли в номер.

Гостиница располагалась на шоссе, ведущем к Москве. Из окна виден был двор пятиэтажного дома.

Шампанское стояло в ведерке со льдом, тут же на столике ждала своего часа клубника в стеклянной вазе.

– Ух ты! – Лариса села в кресло, взяла клубничку и, выразительно глядя на Никиту, сунула ее в рот.

– Ух я!

– Вкусно.

– Главное, чтобы тебе нравилось.

– Только мне?

– Только тебе.

– А Марьяна тебя не волнует?

– Меня волнуешь только ты.