Ключевой инстинкт

– Я не буду работать! – вспылил Никита.

– А вот это зря. Не подчинишься решению суда, получишь реальный срок в колонии общего режима.

– Отлично! Лучше в колонию!

– Тебе решать. – Трофим пожал плечами, кивком показал на судью, который собирался покинуть зал, и повернулся к Никите спиной.

Отец мрачно глянул на младшего сына и последовал за старшим. Они предоставляли Никите право сделать заявление и снова оказаться под стражей – до нового решения суда. А потом этап, зона, зэки.

– Эй! – Никита догнал отца и брата, вместе с ними вышел из здания суда.

Отец сел в одну машину, а Трофим показал на другую, и Никита оказался в его «Мерседесе».

– Так я твоим помощником работать буду? – спросил он.

– Если хочешь. – Трофим откинул голову, закрыл глаза.

Машина плавно стронулась с места, покатила в сторону завода.

– А если не хочу?

– Тогда разнорабочим в горячем цеху.

– Разнорабочим? А ничего, что у меня высшее образование?

– Инженерное?

– Экономическое.

Трофим усмехнулся. Уж он-то знал цену этого диплома.

Заплатили за престижные корочки много, но на деле они не стоили ничего. Ни учиться Никита не хотел, ни работать. А зачем ему напрягаться, когда у него все есть? Да и молод он еще, чтобы напрягаться, двадцать четыре года всего. Не нагулялся, не налюбился.

– Вот я и предлагаю тебе место своего помощника.

– Бурные аплодисменты!

– Спасибо.

– Что я должен делать?

– Смотреть, слушать, запоминать, анализировать.

– Смотреть?

– И видеть.

– Кого?

– Что.

Свою перспективу на будущее. Освоишься на моем заводе, возьмешь под управление свой.

– Какой свой?

– Любой, на выбор. Я бы посоветовал тульский.

– Что бы ты еще посоветовал?

– Поменьше языком молоть, больше делать. Или чернорабочим в горячий цех.

– Напугал!

– Я не пугаю, а предупреждаю. Я твой начальник, куда хочу, туда и направлю. Не будешь слушаться!.. Пойми ты, Никита. – Трофим взял серьезный, лишенный всякой насмешки тон. – За тобой будет установлен надзор. Если что-то пойдет не так, тебя отправят в зону.

Мы с отцом этого не хотим, но если ты сорвешься, ладошку подставлять не станем. Лучше зона, чем ты убьешься на машине по пьяному делу.

– Зона так зона!

– Не истери. – Трофим скривился. – Ты же не девочка.

– Что?!

Трофим промолчал, но взглядом призвал брата взять себя в руки. Никита присмирел. Своими детскими капризами он ничего никому не докажет. Тем более что его привязали к работе не отцовской волей, а приговором суда.