Капитан закона

Я думала, вышибала перед ним тряпкой ляжет, чтобы ноги об него вытерли…

– Про Вентиля слышала?

– Ну да… Ленка говорила. Она с парнем из его бригады встречалась… А это что, он?

– Парень твоей Ленки? – шутливо улыбнулся Богдан.

– Ну, нет… Это сам Вентиль был?

– Он.

– Ничего себе!.. И он тебя так хорошо знает?

– Знает.

– Богдан Сергеевич… Уважает он тебя.

– Боится.

– Я думала, ты просто мент.

– Я не просто мент, – покачал головой Богдан. – Я старший оперуполномоченный уголовного розыска.

Просто менты в уголовном розыске не служат…

– И что, Вентиль знает каждого оперуполномоченного?

– Не думаю.

– А тебя знает… Крутой, стало быть, ты мент.

К столику подошла официантка, поставила на стол бутылку «Курвуазье».

– Не понял…

Богдан заказывал относительно недорогой армянский коньяк, а тут – французский, долларов двести за бутылку.

– Это за счет заведения, – мило улыбнулась девушка.

Богдан пожал плечами. Он уже вышел из того возраста, когда вместо «спасибо» за подарок мог дать в морду.

Коньяк ему понравился, вкус глубокий, насыщенный. И пьянил мягко, согревая кровь и будоража желания. А ведь в коньяк могли подмешать какую-нибудь гадость. Об этом Богдан подумал, уже будучи под хмельком.

Тот же Леша Фирс уже должен был знать, что его люди арестованы и отправлены в изолятор. Может, ему интересно будет узнать, как они себя ведут на допросе. Особенно если он сам замешан в убийстве своей танцовщицы. А вдруг?.. Фирс мог подмешать в коньяк наркотик, чтобы развязать Богдану язык.

Но нет, признаков посторонних примесей не наблюдалось. И Альбина вела себя вполне пристойно – не рвалась к пилону, чтобы самой раздеться под музыку. И даже на танцпол ее не тянуло.

Богдан не чувствовал себя пьяным, когда появился Фирс. Рослый парень, что называется, косая сажень в плечах; лицо крупное, но не туповатое, как у большинства его «быков». Взгляд сосредоточенный, вдумчивый. И лоб слегка наморщен – признак напряженного мыслительного процесса.

Но как ни пытался Фирс, впечатление действительно умного человека он произвести не смог. Не стоило ему подходить к Богдану. Ни под каким предлогом не должен он был попадаться ему на глаза. А ведь появился – и одним только этим вызвал подозрение.

– Вы капитан Городовой? – вежливо, но грубым голосом спросил он.

За стол сел неуверенно. И разрешения, казалось, не стал спрашивать потому, что побоялся получить отказ.

– Я за него, – кивнул Богдан.