Грязная жизнь

Из них начали выбираться братки и родственники погибших.

– Поминать жмуров будут, – усмехнулся Горюн.

– А место здесь неплохое, – оглянувшись по сторонам, заметил Мирон.

Ресторан удален от дороги метров на пятьдесят, добираются к нему по широкой аллее, с двух сторон которой в ряд растут высокие голубые ели. А еще кустарник ровно по струнке перед ними.

– Да, красиво, – кивнул Горюн.

– На хрен мне твоя красота? – хмыкнул Мирон.

Настроение у него поднялось. Еще бы, оказывается, не зря они с Витьком прихватили с собой стволы и две «лимонки» – так он пополнил вчера свой арсенал.

И, похоже, не зря. Стволы совсем новые. И у него, и у Мирона «стечкины». Жаль избавляться от засвеченных стволов. Но слишком много на них было крови, чтобы оставлять.

– Савелия прямо щас будем валить, – добавил он.

– Ты чо, мы же не договаривались. – Витька пробрал мандраж.

– А хрена тут договариваться?.. Бах, бах, и нет козла!

Мирон закинул вверх голову, выкатил глаза и залился демоническим смехом. Этот смех добавлял ему уверенности в своих силах.

Когда он так смеялся, он чувствовал себя самым крутым на свете.

* * *

На поминках Савелий не задержался. Толкнул трогательную речь в память об усопших, принял на грудь сто граммов. Перед тем как уйти, самолично вручил женам Селезня и Агапа, а также родителям холостых Витамина и Карася по пакету с деньгами. Это как компенсация за потерю. Мощный, кстати сказать, стимул для его пацанов.

Из ресторана он выходил в сопровождении «кожаных затылков». Звериное его чутье напряглось на половине пути к машине.

Он забеспокоился, ускорил шаг. Перемена в его поведении передалась и телохранителям. Они еще плотнее обступили его.

И тут же откуда-то справа, из-за деревьев в его сторону полетел какой-то предмет. Вслед за ним мелькнул и второй. Страшная догадка пронзила мозг и бросила Савелия на тротуарную плитку. Через мгновение один за другим грянули сразу два взрыва. Осколки изрешетили тела двух задних телохранителей, ударная волна бросила их на Савелия.

Третий крепыш тоже получил свою порцию смертоносного металла. И также замертво свалился на землю.

Залитый чужой кровью, контуженый, Савелий сунул руку под распахнутое пальто одного телохранителя, нащупал рукоять тяжелой «беретты».

* * *

«Лимоны» легли в аккурат позади Савелия и его «быков». Классный фейерверк вышел. Грохот, огонь, сотрясение воздуха. Полный отпад!

– Ништяк! – заорал Мирон.

Он уже хотел рвать когти, когда увидел, как зашевелился Савелий.