Грязная жизнь

У обоих в руках стволы. Старший из трех мордоворотов тоже начал выходить из своей тачки. Из-за пояса брюк торчала рукоять пистолета. Но Мирон не дал ему воспользоваться оружием.

– Ну чо, мурло, за козла отвечать будешь? – прислонил он к виску сутенера ствол «макара».

Свободной же рукой Скорпион разоружил его.

– Э-э, ты чо, в натуре? – возмутился тот.

– На зоне за козла или на нож, или на хрен сажают. Понял, падла?

– Ты уж извини, братан, с языка сорвалось.

– Косяк ты конкретный упорол. Мочить тебя надо.

Краем глаза он видел испуг на лицах и двух других братков. Их держал на прицеле Горюн.

– Не надо, я больше не буду.

Как ребенок испугался. Сейчас еще и слезы из глаз побегут. Или обоссытся со страху.

– Развелось тут вас, ублюдков. Параши не нюхали, шконку не щемили, а все крутых из себя корчите. Короче, еще один косяк, и писец тебе, козел, сечешь?

– Да не, все нормально. С моей стороны претензий нет.

– Сразу бы так, – смилостивился Мирон.

– Да без базара.

– Ну тогда живи.

Он убрал ствол и втолкнул братка обратно в машину.

Крепко зашугали они мордоворотов. На кабак их раскрутили. Но это вовсе не значило, что теперь можно расслабляться.

Те ходили под неким Савелием, вроде как мощная команда у них. Половина путан на Тверской, если им верить, на них работает. А они трое вроде контролеров. Ходят по улице, высматривают левых «котов». Что, если каждый захочет на эти тучные пастбища своих коров выводить?.

– Ты, брат, если хочешь нормально жить, отстегивать нам должен, – заявил старший из братков – на Селезня откликался. – Ты, конечно, пацан крутой, базара нет, но Савелий еще круче.

Да чихал Мирон на какого-то там Савелия. Но Селезень прав, без «крыши» нормальной жизни ему не будет. Но и платить он не хотел.

– Обломается твой Савелий, – глядя куда-то вдаль, ответил он.

– Да ты не спеши, – начал урезонивать его Селезень.

Да, десять процентов не так уж много. Можно и согласиться.

– Заметано, – протянул ему руку Мирон.

– Если чо, на нас, короче, ссылайся, – скрепляя договор рукопожатием, заключил Селезень.

На следующий день на Скорпиона снова наезд. Из другой команды пацаны возникли. И снова: «Кто такой?» Но в этот раз Мирон Савелием прикрылся, пацаны и отвалили. С тех пор вроде ничего житуха пошла.