Город под каблуком

Не хотел Никита, чтобы Лариса выглядела как проститутка, хотя это короткое платье можно назвать развратным только под настроение, а так в принципе ничего страшного Уж не сравнить с той маечкой, в которой щеголяла сегодня Галка.

– Как тебе? – Она крутнулась перед зеркалом, как это делают, чтобы воздушный поток поднял юбку.

– Отлично.

– Это «Версаче», – виновато зажеманилась она.

– Быть этого не может, – покачал головой Никита.

Лариса получила от него всего пять тысяч, других источников финансирования у нее в Москве попросту не было.

– Правда!

– И сколько стоит?

– Полторы тысячи! – не очень-то и раскаянно вздохнула она.

– Да? Тогда понятно, – усмехнулся он.

Платье и пошито неплохо, и покрой интересный, материал вроде бы не дерьмо, но это не «Версаче», а подделка под него.

– Что тебе понятно?

– Не заморачивайся. Выглядишь ты в этом платье прекрасно.

– Что, не настоящее «Версаче»? – догадалась Лариса.

– Я же говорю, не заморачивайся.

– Но никто же не знает, что это подделка, да?

– Никто.

– Только если снять платье, посмотреть на лейбл…

– А кто с тебя снимет платье?

– Ты, например, – зарумянилась она и в смущении отвела в сторону взгляд.

– Я и так знаю, что это подделка…

– А вдруг нет?

Ей понадобилось усилие, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Предлагаешь мне снять с тебя платье? – вдруг осмелел он.

– Ну, кто женщину одевает, тот ее и раздевает.

Лариса закрыла глаза и шагнула к нему. Казалось, она сейчас зажмурится, чтобы не видеть той высоты, с которой собиралась обрушиться на Никиту. Но не зажмурилась, обвила руками его шею с открытыми глазами и жарким поцелуем накрыла его губы…

Никита ощутил себя на краю пропасти, в которую она его толкала, и готов был обрушиться туда вместе с ней. Но, может, следует удержать от падения и ее, и себя…

– Ты уверена? – шепнул он ей на ухо.

– Да.

– Если это из благодарности, то не надо.

– Это не благодарность. Это больше, – так же тихо сказала она.

И снова толкнула его в пропасть. На этот раз удерживать себя он не стал и ушел в свободное падение вместе с ней.

Щелкнул один замок, затем другой, но дверь не открывалась. Никита надавил на нее, и она с легкостью поддалась его усилиям, только не до конца открылась – цепочка остановила ее ход. Старинная цепочка на новой бронированной двери.