Гроза из поднебесья

Из глубины Союза на аэродром гнали технику и новых летчиков. И вот в один прекрасный момент на аэродром своим ходом откуда-то из-под Пскова пришло целое звено «чаек» «И-153». В одном самолете прилетел лейтенант Зверев, или просто Вася Зверь. В другом – лейтенант Хоботов. Но если Зверев искренне обрадовался Артему, то этот даже руки ему не подал.

– Что за фамильярность, товарищ отделенный командир? – строго отчитал он Артема. – Впредь требую обращаться строго по уставу!

Даже Зверев открыл рот от удивления.

– Как скажете, товарищ лейтенант, – обескураженно протянул Артем.

– Вот так-то лучше! – надменно усмехнулся Хоботов.

Генка Хоботов всегда был посредственным курсантом. Учился, мягко говоря, не важно. Зато в плане партийной сознательности и воинской дисциплины у него всегда было все в порядке. Может быть, потому и дотянул до выпускного экзамена и получил два заветных кубика в петлицу. Он всегда недолюбливал Артема. И сейчас не скрывал своего злорадства по поводу их служебного неравенства.

Хоботов смерил его презрительным взглядом и с важным видом повернулся спиной. И правильно. У Артема уже не было сил смотреть на его, как у крысы, вытянутую вперед и зауженную физиономию.

Зато Вася Зверев остался рядом с ним.

– Да не обращай ты внимания на этого кретина… – невесело сказал он. – Это он от зависти.

– А чему завидовать? – горько усмехнулся Артем.

– Да он тебе всегда завидовал… Ты когда под мостом прошел, он чуть губу себе до крови не прокусил.

– Зато неудачи как бальзам на душу.

– А ты крепись, брат. То, что тебе выпало, это всего лишь неудача, а не катастрофа. Вот тебя сюда рядовым отправили, а сейчас ты уже отделенный командир, треугольники не кубари, но все же… А Хобот… Знаешь, я сам удивляюсь, как он до вас долетел. Целых четыре пересадки, а он ни разу не напортачил.

– Потому и задирает, что летать может. А я тоже летать хочу, но приходится ползать. Жаль, что меня в бомбардировочный полк не определили. Там бы хоть стрелком летать назначили…

– Да не кисни ты, Артем. Помяни мое слово, твой час еще пробьет… Кстати, как тут насчет женщин, а?

До третьего курса Вася Зверев был тихоней и скромником. А потом как прорвало.