Горящий тур

Маша зашла в холл, робко посмотрела Даниле в глаза и остановилась. Но пепельный блондин уже не обращал на нее внимания. Он шел к Даниле, увлекая ее за собой одним лишь небрежным кивком. А Данила вдруг понял, что совсем не прочь впустить этого типа в дом, если Маша последует за ним.

– Ты Данила? – спросил тип, переступая порог.

Он не смотрел себе под ноги, однако не споткнулся и плечом дверной косяк не задел.

– Данила.

– Ну, здоров, зятек! – Парень мило улыбнулся и протянул ему руку.

– Зятек?! – Данила оторопело глянул на девушку, которая все так же стояла за дверью.

– Степан! – Крашеный блондин смотрел ему в глаза, не убирая руку.

Он настойчиво ждал, когда Данила ответит на приветствие.

Тот, конечно же, должен был немедленно спустить его с лестницы, но Маша продолжала держать его в обезглавленном состоянии.

– Брат? – спросил Данила, все же протянул руку в ответ и вдруг услышал:

– Отец.

Степан так крепко сжал его ладонь, что ему пришлось поднатужиться в ответ.

– Гонишь!

– Двоюродный.

– Двоюродный отец?

– Ее отец – мой родной брат, – сказал Степан, кивнув на Венеру. – Значит, я ей двоюродный отец.

– Очень смешно.

– Могу быть родным свадебным генералом.

Степан прошел между Данилой и Венерой, из прихожей переместился в гостиную, конструктивно совмещенную с коридором и кухней.

Данила глянул на Машу и сказал:

– Вообще-то я жениться не собираюсь.

Степан тоже посмотрел на нее и весело подмигнул. Она не зарделась от удовольствия, но в ответ улыбнулась, нежно, мило. Укол ревности пронзил Данилу насквозь, снизу доверху. Ему показалось, будто его на кол посадили.

– А я собираюсь, – сказал Степан.

– Твои проблемы, – выдавил из себя Данила.

– Будем дружить семьями! – сказал Степан, резко повернулся к нему и хлестнул взглядом.

Данила мог вытолкать его за дверь прямо сейчас, но тогда вместе с ним исчезнет и Маша, на которую он, увы, не имел никаких прав. Но ему жутко не хотелось, чтобы она ушла.

– Это наезд? – спросил Данила, чувствуя себя совершеннейшим идиотом.

Видимо, Венера решила прибрать его к рукам, пожаловалась своим дружкам, те подключились, нажали на Данилу. Все это понятно. Обидно другое.