Где правда, брат?

– А машину кто мою сжег? А ресторан?

– Ну, звони в ментовку. Только доказательств у них нет. И через пару дней я буду на свободе. А может, через десять дней. Или даже через месяц! За каждый день – с тебя по «лимону»…

– Ну, ты и козел! – Роман от всей души врезал Феликсу по морде, и на этот раз Степа не помешал ему. – Разберется он…

Вдруг Роман вспомнил про фальшивые красные «корочки» с золотым тиснением и нашел их. Действительно, удостоверение сотрудника полиции, но это был совершенно пустой бланк, причем фальшивый.

За такое Феликса точно не накажут.

И к «липовой» ксиве не придерешься, и «ствола» у Феликса нет, а за незаконное проникновение в жилище, если не было насилия, много не дадут. А насилия как такового не было. Зато Романа могли привлечь. Обезвредить Феликса он мог, но истязать его – не имел права. Как бы самому за решетку не угодить…

– Может, мне с тебя три «лимона» скачать? – в раздумье спросил Роман.

– Попробуй, – ухмыльнулся Феликс.

– А ты что, чересчур крутой? Кого ты представляешь?

– Я сам по себе.

– Сам по себе? Да нет, слишком борзый ты для этого. Или отмороженный? Если отмороженный, то поверю.

– Плевать, что ты думаешь.

– А я думаю… Отморозки – это бешеные собаки, вас отстреливать надо.

– Ну, давай, начинай. Покажи, как ты честных людей «мочить» умеешь! – хмыкнул Феликс.

– Показал бы, да руки марать неохота!

– Ну, ну…

Роман и мог бы грохнуть этого ублюдка, но, увы, нельзя этого делать. Тогда и его «быка» придется «мочить».

Причем на глазах у Вари. Да и Степа наверняка против такого исхода, как бы он в свидетели не записался в знак протеста. А в тюрьму Рома не хотел. У него сытая отлаженная жизнь, и менять ее из-за какого-то урода на тяготы и лишения – глупо и бессмысленно. А за машину он уже получил полную страховку, и пожар в ресторане катастрофой для него не стал.

– Значит, я ничего тебе не должен? – спросил он.

– Нет, – четко ответил Феликс.

Он смотрел на Романа с насмешкой, но глаза в сторону не отводил.

Значит, ему можно верить. А понты пусть колотит, это единственное, на что он сейчас способен.

– Ну ладно, пусть будет так. И чтобы я тебя никогда больше не видел.

– Договорились.

– Я знаю, ты срок мотал.

– И что?

– Надеюсь, ты «петухом» не был?

– Само собой.

– Значит, твоему слову можно верить.

– Можно. Давай, развязывай. Не бойся, бодаться не буду.

Именно этого Захарский и боялся, но Феликс не стал брать реванш.