Джентльмены уже не в моде

Но ведь не факт, что охранник спит за экраном монитора.

Может, и Ольга тоже боится охранника? Может, она ждет, когда он заснет, чтобы пожаловать к Аркадию в гости? Девушка она взрослая, прекрасно знает, что ему от нее нужно, и если вдруг это случится, то в претензии не будет. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться.

В надежде, что Ольга все-таки к нему придет, он не стал закрывать дверь. Погасил свет, лег в постель…

Он уже засыпал, когда дверь в комнату вдруг открылась. В лунном свете он увидел белый чепчик и фартук служанки.

Ну, конечно же, это Ольга. И дверь она закрыла за собой, щелкнув задвижкой.

– А где чай? – шепотом спросил он. – Или ты вместо него?

– Заткнись, сволочь! Забыл, как с госпожой разговаривать?

Это был голос Арины, и он поверг Аркадия в шок. Она подошла к окну, встала на свет, и он мог видеть ее во всей красе в ореоле лунного сияния. Распущенные волосы, сверкающие глаза, вульгарно накрашенные губы. И неказистое платье горничной вдруг, скользнув по ногам, упало на пол.

Аркадий увидел черный кожаный корсет, чулки на подвязках, лакированные ботфорты. Как ни странно, но именно это действо и вывело его из шока.

– Сергей, ты почему еще не на коленях? – грубо и вместе с тем одержимо спросила она.

Голос ее звучал настолько эмоционально ярко, насколько же и тихо. Она буйствовала в своей воображаемой игре, но при этом боялась, что ее услышит охранник. Зато согласная в слове «еще» прозвучала необыкновенно громко, от чего ее голос был похож на змеиное шипение.

– Я не Сергей! – якобы охрипшим голосом заявил он.

– Ты что, все забыл?.. Так я тебе напомню!.. На колени!

Ей не хватало кнута и маски, чтобы соответствовать образу секс-госпожи, который она стремилась создать.

– А тебе Ольга ничего не говорила?

– Что она могла мне сказать? – сбитая с толку, сконфуженно спросила она.

– Она должна была тебе сказать, что я не Игорь…

Аркадий резко поднялся с кровати, по-армейски быстро оделся. Арина и опомниться не успела, как он встал у двери, преграждая ей путь к отступлению.

Луна ярко светила в окно, и не надо было включать свет, чтобы видеть, как вытянулось лицо девушки.

– Слышал я, что в Москве извращенцев как собак нестреляных, теперь сам это вижу, – обычным своим голосом, с насмешкой сказал он.

Опомнившись, Арина подняла с пола свое платье, прикрыла им грудь и живот. На Аркадия она смотрела затравленно, но при этом казалось, будто она собирается с духом, чтобы обрушить на него свой гнев.