Дочь авторитета

Это при тонкой талии, узких бедрах и длинных ногах.

Девушка скользнула взглядом по Захару и цепко посмотрела на Севу. Тот всполошился, подобрался и зачем-то сжал кулаки.

– Завещание составил? – спросила она.

– Зачем завещание? – Голос у парня поплыл, подпрыгивая над волнами.

– Шучу. Ты это, извини. Я погорячилась! Ладно?

– Ну, хорошо.

– Что хорошо? – Барышня хищно сощурилась.

– Прощаю, – буркнул Сева.

– А я разве у тебя прощения прошу? Я сказала «извини». Ты должен ответить «извиняю».

Она определенно издевалась над ним.

– Извиняю.

– Вот и хорошо.

– Я заявление писать не стал, – сказал Сева.

– А ты? – Девушка вдруг вонзила взгляд в Захара, с размаху, глубоко.

Он уже понял, что имеет дело с дочерью, вполне достойной своего отца.

– Ты из процедурной? – спросил парень.

– Что?!

– Я смотрю, клизмы на ходу вставляешь.

– Тебе не клизму, а вскрытие нужно делать.

– Стесняюсь спросить, чем? – Захар поднялся с кровати, встал в полный рост.

Мало ли какая блажь найдет на эту сучку. Вдруг набросится на него с кулаками?

– А ты реально борзый! – заявила девица.

Парню казалось, что она совсем не прочь была испытать его на прочность. Даже свой халат за лацканы взяла, чтобы сбросить его и накинуться на Захара. Но что-то ее сдерживало. То ли она воспринимала его как инвалида, которого нельзя трогать, то ли боялась схлопотать в ответ. Эта особа, похоже, знала, кто такой Захар. Да, от отца и его быков ему прилетело, но тот же Посыхов тут, на больничной койке.

– Ты кто такая?

– Я смотрю, мало тебе навесили.

– Меня Захар зовут.

– Да знаю я. Тебя в психушку еще не перевели?

– С тобой хоть на край света.

– Не заслужил ты такой чести! – заявила она с истеричными нотками в голосе и повернулась к нему спиной.

– Эй!

Она замерла, навострила уши.

– А как зовут, не сказала.

– Да пошел ты!.. – Барышня вышла из палаты и громко хлопнула дверью.

– Жанна ее зовут, – с ошеломленным видом сказал Сева.

– Ее не зовут. – Захар качнул головой. – Она сама приходит.

– Ну ее к черту! – Сева махнул рукой в сторону двери.

Захар лег на кровать, закрыл глаза и подумал, отгоняя от себя образ Жанны:

«Девушка она, конечно, необыкновенная. Зажигательная, взрывная, но с такой жить – как по минному полю идти. К тому же дочь моего лютого врага. Нет, мне с ней не по пути. Свалила, вот и хорошо».