Деньги со стоном

Эти годы как в воду канули.

Глеб наклонился, поднял маленький камушек, бросил в море и улыбнулся. Яшка пропал без вести, Олеси больше нет, но жизнь-то продолжается. Во всяком случае, для него. Тридцать четыре года – это, конечно, уже возраст, но еще далеко не старость.

Он повернулся, окинул взглядом окрестности. Берег теперь был полностью застроен, не осталось ни одного свободного участка. Знакомый особняк давно уже обжитый, все еще выглядел как новый. Ничего удивительного, Крыш строился основательно. Один фундамент под оградой чего стоит.

Он сложен из крупных камней, а сама ограда, судя по всему, в два кирпича толщиной.

Впрочем, Глебу все равно. Зачем ему этот дом, если Олеси больше нет?

Но в то же время он сейчас человек без корней. Карьера окончена, над будущим туман неопределенности. А Тепломорск – город его детской мечты. Здесь тепло, море и яблоки. Почему бы не бросить якорь в этом местечке?

Крыш сдержал слово. Прибрежная полоса перед домом теперь была засыпана мелкой морской галькой.

Вышел отличный пляж, судя по всему, индивидуального пользования.

Когда-то здесь была ограда, которая отделяла частную территорию от общей береговой полосы. Видимо, власти признали ее незаконной и приказали снести. От нее остался только фундамент, уходящий в море. Можно переступить через него и идти дальше по берегу.

Именно так Глеб и собирался поступить, но вдруг открылась калитка, и появилась знакомая девушка. Та самая.

Глеб уже успел забыть о прекрасной подружке Крыша.

Олеся да, прочно сидела в его памяти, а блондинка давно уже исчезла в тумане забвения. У Глеба вдруг возникло такое ощущение, будто он оказался в прошлом.

Светлые волосы были распущены так же, как и в прошлом, но теперь были короче и пышней. Это была прическа, созданная рукой мастера. Свежесть нежной кожи – результат косметических примочек или даже хирургического вмешательства. Не могла женщина под сорок лет выглядеть на двадцать. Да и не выходило это у нее, хотя она и очень старалась.

Ни одной морщинки на лице, но заметны черточки, которым сама природа повелела напоминать о возрасте.

– Вы уже здесь? – спросила она и улыбнулась.

Да, улыбка уже не столь яркая, как прежде. То ли нажитые грехи как облака закрывали солнце в ее душе, то ли женщина боялась широко растягивать губы во избежание морщин. А может, и то и другое.

– Это вы о чем?

– Вы Антон?

– Глеб.

– Да? Извините. Я думала… – Блондинка махнула рукой, пресекая этот разговор.