Черное правосудие

Кретин невоспитанный!

Марину провели в дом. Просторный холл в мраморе, гранитный пол, все блестит, все сверкает. В воздухе запах богатства. Марина была в восторге. Кто же хозяин сказочного дворца?

Ей отвели отдельную комнату. Мягкий персидский ковер на полу, золоченые обои, итальянская мебель под старину, роскошное двуспальное ложе, полная ваза фруктов на мраморном столике.

Вечером она узнала, кто хозяин этого дома. Им оказался Фюрер. Да, тот самый Васька Рогов из их двора. Высоко взлетел. Банда у него, весь Грибовск с окрестностями к рукам прибрал.

Не красавец он. Казалось, когда-то его лицо было из мягкого воска, и кто-то нехороший бросил в него мячом, попал в переносицу. На лице осталась вмятина, а потом оно так и застыло. Но какая разница? Ведь он баснословно богат. Олегу до него далеко.

– Ну ты даешь, Максим, – возмущенно протянула бабушка, глядя, как одевается внук. – Не успел приехать, а уже уходишь.

– Дела, бабушка, дела.

Дома он побыл совсем немного, часа три, не больше.

Выкупался, наелся до отвала, полежал с часик. Потом засобирался к Толику. Из головы не выходила Марина. Ей сейчас плохо, а он тут бока на диване отлеживает. Выручать нужно женщину из беды.

Он надел старые джинсы-«варенки», болоньевую куртку, шапочку-петушок. Такое давно никто не носит, но ничего другого у него нет.

– Не унывай, я скоро.

Толик жил в частном доме на окраине города. Город небольшой, за полчаса пешком к нему добрался. Звонок на калитке. Интересно, дома ли дружок его армейский? Вряд ли…

Но нет, дверь открылась, и на пороге появился Толик.

Лицо заспанное, а ведь времени уже почти двенадцать.

– Макс! – обрадовался Толик. – Ну наконец-то, братан!..

Они пожали друг другу руки и обнялись. Как будто сто лет не виделись.

– Заждался я тебя, в натуре, – пропуская в дом, похлопал его по плечу Толик.

Они прошли на кухню.

– Тяпнем по сто грамм?

– В самый раз.

А почему бы и не выпить с дорожки? Можно даже не по сто, а больше.

Толик достал из холодильника вазочку с черной икрой, тарелку с нарезанным балыком.

Деликатесы. Только в Грибовске этим никого не удивишь.

Они выпили, закусили. Еще выпили.

– Отдохнешь после армейки, а потом я тебя к делу пристрою. Браконьерничать на пару будем, – выдал перспективу Толик.

– Извини, брат, отпадает, – развел руками Максим. – Я в Питер уезжаю. Уже все решено.

– Чего?

– Работать там буду, потом учиться.

– Да, плохо, – почесал затылок Толик.