Брат мой, враг мой

Я тебе не друг, могу и в камеру закрыть, к прожженным коблам, они тебе устроят сладкую жизнь…

– Вот только угрожать мне не надо, – спокойно ответила Ульяна, хотя внутренне вся напряглась.

Но Желудев даже ухом не повел.

– Короче, завтра подвезешь мне тридцать тысяч долларов, – заявил он.

– Сколько?! – оторопела от такой наглости Ульяна.

Обнаглел мент. Почувствовал, что называется, слабину. Раньше боялся лиговских так же, как и все в этом городе, а сейчас до него вдруг дошло, что страхи эти преувеличены, поэтому и борзеть начал.

До того, как погиб Соболь, а с ним Самоха и Рыбарь, он и пяти тысячам был рад, а сейчас вдруг тридцать ему подавай.

– Сколько слышала.

– А ничего не треснет?

– Треснуло у вас. А мы вас дожать можем. И чтобы этого не случилось, с вас для начала тридцать «штук».

– Для начала?

– Ну да. Вам же платят за «крышу». И вы будете платить за «крышу». За нашу «крышу».

– Это беспредел!

– А ваша братия другого языка не понимает… Хочешь, мы вам «стрелку» забьем? Подъедем прямо к вашему «Веселому Роджеру» с мигалками и всех ваших в воронок загрузим.

А потом и поселок ваш зачистим…

– А не надорвешься?

– Все может быть. Но я почему-то верю, что со мной все в порядке будет, а вот с вами – нет… Ну, так что, померяемся силами?

Ульяна понимала: если менты пойдут на принцип, то крови они попортят немало. Опасно с ними связываться, поэтому никаких соревнований. Лучше под «крышу» к ним встать, так безопасней. Хотя и не факт.

– Тридцать тысяч – это слишком много, – покачала она головой.

– А мне почему-то кажется, что слишком мало, – нагло ухмыльнулся Желудев и постучал по торпеде автомобиля. Дескать, если были деньги на «БМВ», то на ментов и подавно найдутся.

А ведь она подъехала к Желудеву на этой машине, чтобы показать, насколько круто у них поставлено дело. Как раз для того это и сделала, чтобы он боялся и не зазнавался. Хотела как лучше…

– Я должна посоветоваться со своими.

– Советуйся. Сегодня советуйся, а завтра деньги… Пусть твой Роджер их и подвезет.

А ты, девочка, лучше дома оставайся… – Капитан легонько ткнул пальцем в ее голую коленку: – Я знаю, ты – дочь Роджера и пытаешься изображать из себя крутую атаманскую дочку. Но зря ты это затеяла, такие игры, как правило, плохо заканчиваются…

– Я же просила, не надо меня пугать. – Ульяна плюнула на пальцы и протерла ими коленку в том месте, где Желудев касался ее.

– Я не пугаю, я предостерегаю, а ты уж там сама все решай.