Блондинка с пистолетом

– Мне все равно, кто из вас двоих чей водитель, но я должна знать, что с моей подругой все в порядке!

– Вот черт! – хлопнул он себя по лбу. – Какого черта мы здесь стоим? Пошли в дом. Вы убедитесь, что ваша подруга жива и невредима. Только вот... Она может быть, э-э, в неглиже. Пашка, он такой, сам не знаю, как у него это получается. Как говорится, с первого хода – и в дамки...

– Может, и получается, но не со всеми...

Говоря так, Лариса прежде всего имела в виду себя. Хотелось, чтобы и Лизка не входила в категорию дамок, но, увы, к этому моменту она уже сказала Павлу «дам».

– Ты что-нибудь слышишь? – включая свет в холле, тихо спросил Тимофей.

– Слышу, – кивнула Лариса.

Стоны и пыхтения оборвались. И кровать уже не скрипит. Кто-то с нее уже поднялся. Или Павел, или Лизка, а может, оба разом. Похоже, в спальне сейчас переполох.

Как и должно было быть, обстановка в доме соответствовала уровню дорогого гостиничного номера класса люкс.

Наступал момент истины. Сейчас должно было выясниться, кто в доме хозяин, а кто на побегушках. Из спальни в холл выскочил всклокоченный Павел.

– А-а, Тимофей Аркадьевич! – заелозил он перед своим боссом.

На Ларису он взглянул едва-едва. Ему было сейчас не до нее. И не до Лизки тоже. Он, как тот нашкодивший кот, мог думать только о том, чтобы вернуть пошатнувшуюся милость своего господина.

– Вы уже вернулись... – заискивающе смотрел он на Тимофея.

– И так некстати, – усмехнулся тот. – Эх, Пашка, погубит тебя когда-нибудь страсть к женщинам...

– Так что, мне теперь на мужчин переходить? – сокрушенно вздохнул пройдоха.

– Это твое личное горе, но тогда ты точно вылетишь с работы... Отцовскую спальню зачем занял? – строго спросил Тимофей.

– Так это ж, Аркадий Серафимович больше сюда не вернется.

– Что ты несешь, придурок?

– Ой, извините, я хотел сказать, что с ним все будет в порядке. А после операции он сразу отправится домой... Ну и сюда в принципе может заглянуть. Но я же ничего такого не делал. К тому же это как бы гостиница, здесь и до Аркадия Серафимовича много людей побывало... Тимофей Аркадьевич, честное слово, этого больше не повторится! – покорно склонил голову Павел.

И в это время в холл вышла ничего не понимающая Лизка.