Бешеная свора

– Зачем рвать, Жук? Эта падла скажет нам, зачем Витю Чаянова избил, и мы пойдем. Ты же скажешь, падла?

Качок с раздвоенным подбородком оскорблял Трофима, но смотрел на него при этом совсем не зло, даже благодушно улыбался.

– Кто вы такие? – спросил Трофим.

– Слышал, Рич, он спрашивает, кто мы такие? – ухмыльнулся Жук. – Зачем он спрашивает? Я бы на его месте два часа уже как дрался.

Он провоцировал Трофима на драку, но при этом не ожидал нападения. Во всяком случае, удар в голову стал для него неожиданностью.

Трофим ударил его точно в подбородок – концентрированно, со всей силы. Жук даже не пошатнулся. Выкатив глаза, он рванул в контратаку, но пропущенный удар все-таки разбалансировал его мозжечок. «Двойка» в голову прошла вяло, в замедленном темпе, зато Трофим блестяще отработал апперкот. Приятно было слышать, как хлюпнуло в челюстях и клацнули зубы.

Жук пропустил сокрушительный удар, но тем не менее устоял на ногах. И даже продолжил атаку. Но удары его оставляли желать лучшего.

Зато Рич мог обрушиться на Трофима всей своей мощью. Мог, но у него ничего не получалось.

Трофим, уклоняясь от ударов, двигался так, чтобы противник оставался между ним и Ричем. При этом он скорее толкал Жука, чем бил, пропуская при этом удары. Камера тесная, пространство между койками узкое, и Трофим двигался так, чтобы качки мешали друг другу.

И все равно его положение никак нельзя было назвать выгодным. Как ни крутился он, но его били в четыре кулака.

От каких-то ударов он увертывался, от каких-то уходил, бил в ответ. Теснота и натиск противника стесняли его движения, не позволяя ударить в полную силу. Но и качки не могли развернуться в полную мощь, их удары трудно было назвать сокрушительными.

В конце концов Жук схватил его за грудки, пытаясь опрокинуть на пол, но Трофим вырвался из захвата, потянув его на себя. Жук не удержался на ногах, упал, а Трофим ударил Рича – ногой в живот. Рич подался назад, подставив под удар голову, но Трофим добить его не смог, потому что мешал Жук, который схватил его за ногу.

Эта возня утомила и его, и противника. В конце концов качки взяли паузу. У одного рассечена бровь и разбита губа, у другого раздувалась шишка на переносице.

– Слышь, пацан! Мы же тебя здесь уроем! – Рич тяжело дышал, набыченно глядя на Трофима. От его благодушия не осталось и следа. И Жук смотрел волком.

– Урой! – ухмыльнулся Трофим.