Белая волчица

Очень удачное сочетание.

– А родители где? – не скрывая своего восторга, спросила она.

– За городом. Они живут там, а я здесь.

– Неплохо.

– У отца свой бизнес, дела идут неплохо. А я вот в полиции служу.

– По призванию? – осматриваясь, спросила она.

– Вроде того.

– Призвание – это хорошо. А квартира у тебя еще лучше. – Девушка нежно улыбнулась, ласково глядя на Гришу. – Здесь я точно буду в безопасности. Даже жаль, что бояться нечего.

– А Юра с Толиком?

– Забудь. Это всего лишь досадная случайность.

Этот взгляд убаюкивал сознание парня.

– Случайность, – завороженно проговорил он.

– И никто за нами не следил.

– Не следил. – Кустарев соглашался с ней во всем.

– Я приму душ? – спросила она.

– Да, конечно.

Лена закрылась в ванной, а он отправился на кухню. Парень так и не прикоснулся к яичнице, которую приготовила для него Лена, а кушать хотел. Да и гостья его была голодная.

Гриша не мудрствовал, бросил в кипяток пельмени, приготовленные мамой, домашние.

Лена голышом стояла посреди ванны. Пластиковые шторы были раздвинуты, но это ее ничуть не смущало. Худенькая, грудь максимум второго размера, ребра просматриваются, ножки длинные, тонкие. Но ему нравилось в ней буквально все. Более того, у него никогда не было девушки с такой вот красивой фигурой, как у нее.

– Чего смотришь? – Она смущенно улыбнулась и неспешно прикрылась руками. – Полотенце давай!

– Да, конечно! – Он повернул голову в сторону и протянул ей полотенце.

– Не так! – Она развела руки в стороны, показывая, как он должен его держать.

Гриша послушно растянул полотенце на всю ширину. Лена вышла из ванны, и он закутал ее. Она сама завязала узелок на полотенце.

– Там у тебя очень вкусно пахнет! – сказала девушка и чарующе улыбнулась.

Она не пошла переодеваться, прямо в тунике из банного полотенца проследовала на кухню. Гриша вывалил пельмени в супницу, бросил туда полпачки масла. Лена ела с аппетитом, с застенчивой улыбкой на губах, но без смущения во взгляде.

Потом она поблагодарила его и спросила:

– Ты мне постелил?

Кустарев кивнул, метнулся в свою спальню, достал из шкафа чистое белье.

– Я сама.