Бедовый месяц

Завтра к делу подключится его помощник Игорь, с ним работа пойдет быстрей…

Климкин попрощался с Беломестовым, вышел из ресторана, направился к машине, но дойти до нее не смог. На пути вдруг возник плотно сбитый крупнолицый мужчина в дешевом темно-сером пиджаке.

– Майор Валевич, московский уголовный розыск! – качнув раскрытыми корочками, представился он.

– И что? – насторожился Кирилл.

Он еще больше напрягся, когда ощутил за своей спиной присутствие еще двух субъектов, судя по всему, из той же конторы.

– Ваша фамилия Климкин?

– Допустим.

– Мне бы хотелось с вами поговорить.

– Говорите…

– В отделе поговорим. Прошу! – Майор показал на старенькую иномарку, стоявшую неподалеку.

– Я арестован?

– Нет.

– Тогда никуда я не поеду.

– Что ж, этого и следовало ожидать.

Валевич многозначительно глянул на своих людей, и Кирилла с двух сторон схватили за руки. Вырываться он не стал, хотя и знал хороший прием против такого захвата. С ментами лучше не шутить, а то еще пришьют применение насилия в отношении представителя власти, откупайся потом.

Он не сопротивлялся, потому менты без проблем обыскали его, забрали документы и травматический пистолет, усадили его в машину, обжав своими телами с обеих сторон. Но наручники не надевали – что ж, это обнадеживало.

Кирилл думал, что его отвезут в отдел внутренних дел, но машина подвезла его к торцу жилого дома, где находился вход в участковый пункт милиции.

– Орлов, давай выводи клиента! – распорядился Валевич.

– Только не дергайся, парень, – предупредил Климкина тот самый Орлов, к которому обращался майор.

Неприятной он наружности, глаза не злые, но и не добрые, муть в них какая-то желчная, и еще воняло от него гнилыми зубами.

В комнате за столами сидели два офицера в милицейской форме, и оба с удивлением отнеслись к появлению муровцев.

– Здорово, мужики, я майор Валевич, вам полковник Ильичев должен был звонить.

– Ильичев? Да, звонил Ильичев, – поднимаясь со своего места, кивнул долговязый капитан.

– Вы надолго? – спросил старший лейтенант.

Он также собирался уходить.

– Да как получится.

Участковые ушли, а их места заняли оперативники. Кирилла посадили на стул посреди комнаты, окна которой забраны были решеткой. Не убежишь через окно, да и железную дверь в участок закрыли на замок. Вот уж где клаустрофобия может возникнуть, так это здесь.

– О чем говорить будем? – спросил Климкин.