Авторитетный роман

– Не надо!

– Он же Мишу убил.

– Ну, в полицию надо…

– Если в полицию, то меня самого посадят.

– Ну, я не знаю… Ты же одного убил, сколько можно?

– А этого одного надо было убить? – пристально посмотрел на нее Денис.

Он не собирался выяснять степень ее кровожадности, но ему хотелось знать, как она относится к нему после того, что уже произошло.

– Надо было, – кивнула она.

Дзюбу ей нисколько не было жаль. Все правильно, этот подонок пытался ее изнасиловать, и пощадить она его могла только сейчас, когда градус напряжения немного уменьшился.

– Тогда я спокоен. А этого убивать я не буду, – покачал головой Денис. – Если, конечно, он будет хорошо себя вести… Сделай кофе.

– А ты?

– Я сейчас.

Денис нашел целлофановый пакет подходящих размеров, вернулся с ним в комнату, где катался по полу Макарыч, тщетно пытаясь избавиться от пут, и, увидев эту картину, усмехнулся:

– Зря стараешься, сегодня по-любому не твой день. Хотя нет, извини, я не прав. Сегодня твой день. Твой последний день.

В бога веришь? Молитвы знаешь? Молиться будешь?

– Э-э, ты чего? Не надо! – дикими от страха глазами смотрел на него парень.

– Ну, ты же брата моего убил. Теперь наш с ним ход.

Денис натянул ему на голову пакет и обмотал скотчем шею – дескать, дело решенное. Но ленту он все-таки срезал еще до того, как Макарыч стал биться в конвульсиях от острой нехватки воздуха.

Парень с ненавистью глянул на него красными от натуги глазами и тут же потерял сознание. Пришлось искать нашатырный спирт, приводить его в чувство.

– Ну как, тот свет видел? – с меланхоличной насмешкой спросил Денис.

– Слышь, браток, давай договоримся!

– Что, не видел? А я видел. Меня в Чечне ранило, под Бамутом. Рана, в общем-то, пустяковая, а крови много вытекло. Я уже почти умер, когда кровь появилась. Откачали меня, но я успел на том свете побывать. Знаешь, там совсем не страшно. Трава зеленая, мягкая такая, теплая, деревья большие. Такие большие, что по ним до самых облаков забраться можно.

А тело там у тебя такое легкое, что по ветвям будешь как белка скакать. Говорят, на том свете покойники тебя ждут. Неправда, никто там тебя не ждет. Никого там нет – ни друзей, ни врагов. Вообще никого. И не увидишь ты там своего Дзюбу. Тишина там гробовая, отвечаю. В этой тишине тебе и придется жить. И мне тоже. Я не против, только перед смертью пошуметь надо. Здесь, на этом свете, пошуметь. Ты боишься смерти? Боишься. А я не очень. И пошуметь хочу. Перед смертью.