Авторитетный роман

Я так понимаю, ты ему в любви отказываешь?

– А ты сомневаешься? – разволновалась она.

– Нисколько. Ты ему отказываешь, а это его злит. И заводит. Поэтому он рвет и мечет. Мафия местная, говоришь?

– Мафия.

– Мафия – это серьезно. И ты у мафии помощи просишь?

– Не прошу, Игнат Арсеньевич сам помощь предложил.

– Знаю я таких благодетелей, – пренебрежительно скривил губы Денис. – Стелют они мягко, только потом на нарах жестко спать. Сколько раз к тебе Игнат этот Арсеньевич подъезжал? До того, как Миша исчез, сколько раз было?

– Ну, было… Не раз было.

И не два. Три раза он ко мне подходил.

– И всякий раз ты его отшивала?

– Ты что, не веришь мне? – возмутилась Майя.

– Так в том-то и дело, что верю. Потому и накатывают нехорошие мысли. А ты не думаешь, что этот мафиози и похитил Мишу?

– Кто, Игнат Арсеньевич?! Нет, не мог он этого сделать, – в растерянности мотнула она головой.

– Почему не мог?

– Зачем ему это?

– А чтобы ты за помощью к нему обратилась. Это называется «разводка на лоха», бандиты на этом живут.

Схема простая – Игнат Арсеньевич похищает твоего мужа, потом находит его, а ты расплачиваешься с ним за эту услугу. Догадываешься, чем придется расплачиваться?

– Денис, не говори глупостей!

Он подал ей чашечку кофе, и она снова схватилась за сигарету. На этот раз закурила.

– Это не я глупостями занимаюсь, это Игнат Арсеньевич твой глупостями занимается. Он бандит, для него человека похитить что плюнуть.

– Фенимор – не бандит.

– Какой Фенимор? О ком это ты?

– Игната Арсеньевича так зовут, Фенимор.

– Кличка?

– Ну, вроде того.

– Значит, кличка. А ты говоришь, что не бандит.

– Он не бандит, он мафиози.

– Ух ты! И чем это бандит отличается от мафиози?

– Ну, бандиты – они такие ужасные. Большие, грубые, жестокие. А Игнат Арсеньевич не такой, он человек воспитанный, культурный, я бы даже сказала, интеллигентный. Костюм у него, галстук-бабочка, вежливый такой и говорит правильно, как аристократ. А бандиты по-своему, по-бандитски говорят, жаргон там, мат-перемат…

– Если гранату в красивый торт упаковать, она слаще от этого не станет.

И безопасней тоже. Бабочка у него на груди, а в груди – шакал. Если он тебе свою помощь предложил, значит, что-то с ним не чисто. Охрана у него, говоришь?

– Да, охрана. А что?

– Да поговорить с ним хотелось бы.

– Зачем?

– За Мишу спросить. И в глаза посмотреть. Глаза все скажут. Много у него охраны?

– Нет. Один телохранитель.