Разгром

Желание сделать нечто значительное запало ей в душу. Сделать если не для себя, то для Хафара, чтобы насытить его ненависть.

– Я не могу собрать людей… это правда, – произнесла королева, – но король мог бы это сделать. В тебе есть сила, гнев, гордость. Ты никогда не думал стать королем, волшебник с севера?

– Ты предлагаешь мне взять тебя как жену? – удивился Мельхиор.

– Как еще мне встретить достойного мужа?

– Если прокаженным нужен король, то яснее убить тебя и сделать королем Хафара. Он пользуется успехом.

– Ладно, – с поникшей головой отвернулась отвергнутая королева, – пусть Хафар делает, что считает нужным.

Волшебник качнул головой в знак согласия. Его карты играли сами по себе, расклад улучшался, но оставался проигрышным.

– Пройдемся к доппельгангерам, – позвал волшебник рассказчика историй, – а, ты все еще не умеешь обращаться в летучую мышь. Ладно, я один, будь здесь где-нибудь.

– Я уговорю ее и остальных, – шепнул спутникам Хафар. – Даже из здоровых людей многие пойдут.

Под покровом ночи мы еще кое-чего стоим, даже я, но нам нужен смышленый предводитель и оружие.

– Займись этим, – ответил волшебник, – я что-нибудь придумаю с вожаком.

– Ты и твой друг? – спросил Хафар.

– Нет, я буду во дворце, а Паласар не ходит дорогой крови. Кого-нибудь еще.

Волшебник обернулся ветром и просквозил в залу, где впервые говорил со жрицей. Все подходы туда были завалены, пещера окружена защитной магией. Брешь, однако, не пришлось долго искать.

Посредине зиял открытый проход в другой мир, над ним, уходя на неизвестную глубину в черную пустоту, парил круглый алтарь красного камня.

От края до края в нем было два человеческих роста. Рядом стоял Косматый и наблюдал, как багряный алтарь медленно поднимается из прохода. Волшебник узнал его, хотя тот был, против обыкновения, в истинном сероголовом облике.

– Я думал, ты можешь прийти, – встретил гостя Косматый. – На меня не бросайся. Теперь закончить подъем может любой наш маг, а тебе лучше послушать.

– Вы обманули меня, что эта зала больше не нужна.

– Мы много лжем, – подтвердил Косматый.

– Ты необыкновенно расположен ко мне сегодня, – вопросительно сказал Мельхиор.

– Как и раньше, – подтвердил Косматый. – Я же оставлял для тебя проходы.

«Предусмотрительный хитрец», – подумал волшебник.

– Почему вы называете себя доппельгангерами? – спросил он вслед за этим.

– Потому что тебе хорошо знакомо это слово. Так нас называют в твоих землях.