Частный доктор

– Доктор! – просипел Толстый Моти на иврите и прокашлялся. – Я тут задремал немного… ночь… устал…

– Бэседер гамур[8 - Полный порядок (ивр.).], Моти! – Романов перешел на иврит, развел руками, всем своим видом демонстрируя полное удовлетворение от выполненной работы. – Вы тут просто молодцы! Слов нет – тишина, порядок… Жалоб не было? Полиция не приезжала?

– Не-а… – довольно осклабился Моти. – Успели предотвратить.

– Молодец! – повторил Романов. – Как он?

– Вроде в порядке. – Толстяк пожал плечами. – Всё как вы сказали.

– На каком языке уговаривал? – сверкнул глазами любопытный Левон. – Ты же по-русски ни бумбум, а он больше ни на каком языке не рубит.

– Доктор Алексей, а это кто? – осведомился Толстый Моти, разглядывая Левона с легкой неприязнью.

– Это доктор-похметолог! – Романов значительно потряс указательным пальцем, подмигнул Левону. – Самый важный сейчас врач, понял?

– Poh-me-to-log, – по слогам, кивая в такт головой, уважительно повторил незнакомое слово Моти.

– Все, дорогой, свободен. – Несколько зеленых сотенных купюр прошуршали и затерялись в пухлой кисти толстяка.

– Доктор Алексей, в самом деле, зачем?.. Я же только из уважения… я же к вам, как к старшему брату… – прижав руку (в которой, впрочем, денег уже не было) к груди, бормотал Моти, исчезая за предусмотрительно раскрытой Романовым дверью. – Я же для вас…

И, вздохнув с укоризной, растворился в полумраке коридора, будто и не было его вовсе – отличительная особенность вышколенной гостиничной прислуги, адвокатов и демонов.

– Ну-с, снимайте ваш бурнус! Начали, коллега! – Леша с силой помассировал щеки, пытаясь снять усталость. Взглянул на Левона и увидел в его лице отражение своего: воспаленные от недосыпа глаза, опухшие тяжелые веки. Хмыкнул, скривил губы – сколько еще он протянет в таком ритме?

Поплаков выглядел откровенно плохо. Густые спутанные волосы пропитались поkтом насквозь и походили на свалявшуюся шерсть.

– М-да… – протянул Левон, сморщив нос.

– Делом займись, генацвале, делом!

Леша споро собирал «полевой военный госпиталь». Раздвижная тренога с крючком на макушке, с подвешенным на нем литровым пакетом с раствором Хартмана, уже высилась в изголовье кровати.