Левенхет: Плачущая земля

Миссионер не был напуган, а напротив абсолютно спокоен и, вместо того, чтобы умолять Бракаса прекратить, по-прежнему продолжал вещать свои нравоучения.

– В тебе слишком много зла, друг мой, – старик говорил спокойно, – зло является противоположностью добра – силы, которая породила жизнь, а значит, породила тебя. И меня. И их всех. Делая зло, ты совершаешь предательство. Убийство – это предательство самой жизни. Поэтому мы здесь, понимаешь? И то, что ты просишь меня рассказать тебе, по сути, тоже является предательством.

– Глор Всемогущий, Виктор! – Бракас, повернулся, с чуть ли не рыдающим видом, – Мои уши этого больше не вынесут! Можно я с ним по старинке?

– Поставь-ка его, – Виктор подошёл ближе, когда Бракас опустил старика на землю.

Другие пять миссионеров сидели у стены пещеры, с интересом, наблюдая за происходящим. В их взглядах не было ненависти, они смотрели на них, как будто изучая, проводя духовный анализ раскольников, которыми тоже являлись четверо из них. Двое других принадлежали к неизвестным расам.

– Послушай старик, – продолжил Виктор, – мы уже поняли, что её с вами не было. А если бы она была с вами, и ты её не уберег, то я бы уже давно продавил тебе дырку в твоей тупой башке. Последний раз спрашиваю. Где девчонка? Куда отправилась вторая группа ордена?

Старик некоторое время смотрел в светящиеся глаза наёмника, не сводя взгляда, после чего изрёк.

– Ты нехороший человек. Ты наёмник без чести, убивающий других за деньги. Скажи я, куда пошли остальные, и либо ты, либо твои сподвижники найдут и убьют моих друзей. Я ничего тебе не скажу. Никто из нас ничего тебе не скажет. Для нас смерть – это лишь конец жизненного пути и начало нового. Тебе нас не запугать, наёмник.

– Я же говорю, он идиот! – взмахнул руками Бракас.

– Уважаемый, – в разговор влез игривый Фимало, – позвольте! Мы вовсе никакие не злодеи. Мы хотим помочь той девочке, спасти её. Вы хоть люди и добрые, но защитить её вы не в силах. Мы ошибочно двигались за вами, с самого Княжества, а теперь нам нужно узнать, куда именно нам идти. Я даю вам клятву, что ни вам, ни вашим друзьям, ни той девочке ничего не угрожает.

Старик усмехнулся, после чего ответил.

– Как я уже говорил, у таких, как вы нет чести.