Левенхет: Каменный берег

Оиено строго-настрого запретил открывать сундуки, так как это являлось неотъемлемым условием контракта, к ним сразу же был приставлен аберфольский чародей, ведь заказчик предупредил гильдию о магическом происхождении груза, и что он может быть опасен. По этой причине никто и не думал интересоваться тем, что находится внутри, наёмников заботил только вопрос о скорейшем вознаграждении и возвращении домой. Но теперь обстоятельства изменились. Саилар продолжал сопровождать вторую повозку взглядом, строя в своей голове теории о том, чем же именно могут являться загадочные сундуки.

– Как думаешь, как эти сундуки вообще попали на юг лесных земель? – Саилар обратился к Манусу.

– Кто его знает, – пожал плечами здоровяк, – скорее всего тот чародей обменял их на нечто ценное, а другие ребята оставили их в обусловленном месте.

– Но на юге в красных лесах живут только племена дикарей, никому не удавалось вступить с ними в контакт. А если это оставили жители Изумрудных лесов, то какой смысл тащить сундуки на юг, чтобы мы забрали их и увезли в обратном направлении?

– Ты слишком много думаешь, – Манус хотел было протянуть свою ручищу, чтобы вновь треснуть Саилара по спине, но тот вовремя отвёл в сторону своего квина, – мало ли кто мог их оставить.

– Пока вновь не придётся взяться за меч, – съязвил Саилар.

– Ты не исправим, – Манус недовольно покачал головой, – вон, посмотри на Акеля, он абсолютно беспечен и не забивает свою голову ненужными тревожными мыслями, поэтому чувствует себя лучше всех.

Слова Мануса были адресованы всаднику, двигающемуся перед ним, рядом с передней частью повозки, где находился возница. Баф по имени Акель и впрямь был слишком спокоен, не оглядывался по сторонам, смотрел только в землю, чем выделялся на фоне остальных наёмников. Он даже не ответил на обращение Мануса, будто бы совсем не слышал его, хотя громила обладал слишком громким и от этого надоедливым голосом.

– Акель, что с тобой? – на этот раз к нему обратился Саилар, – Может остановить повозки?

Но Акель всё также никого не слышал, но всё ещё уверенно держался в седле своего скакуна, его состояние заставило обеспокоиться других всадников, двигающихся позади.