Левенхет: Чёрная искра

Этот корыстолюб всегда пытался извлечь для себя личную выгоду, да и к тому же морская гвардия не окажет большой пользы. Гвардейцы Кантополо хороши в морских сражениях, но не на суше в ближнем бою.

– Как уже сказал Гелороне, – вновь взял слово светловолосый Долориве, – тех сил, которыми мы сейчас обладаем хватит для того, чтобы дать отпор мертвецам. На помощь никого не стоит ждать, в этой войне мы предоставлены сами себе, так как даже пострадавшие фуруны почти всё своё войско отправили в Ливри и теперь не смогут ударить мертвецам в спину.

– Из левейской гвардии у нас имеется три тысячи гвардейцев, – ответил высокий левеец с рыжими волосами, – тех, кто покинул Княжеские земли после нашего отсоединения, всего тысяча. Ещё две тысячи остались в Крове с половиной всего воздушного флота.

– Твоя дочь ведь тоже осталась в Княжестве с бывшим отрядом элитной стражи Завуалы? – спросил Долориве.

– Я уже послал ей сообщение, – кивнул левеец, – она обещала собрать бывших гвардейцев Завуалы и уговорить их отправиться в Аратабию, но этого будет недостаточно.

– Это хоть что-то, Алороке, ведь сейчас у нас на счету каждый, кто способен держать оружие. Кто-нибудь уже связывался с Дарну?

– Город убрал складывающийся мост с нашей стороны, как только их достигли вести о мертвецах, – ответил Пенландо, – жители остаются отрезанными от нас на острове, посреди Северного руба, так что они в безопасности.

Пенландо замолчал, его взгляд изменился, стал более внимательным. Левеец получил магическое сообщение. Через несколько секунд он вновь взял слово.

– Пришло сообщение из Прерии. Они смогли собрать пятьдесят левейских воинов и ещё две сотни добровольцев из числа горожан, среди которых есть бывшие наёмники и гвардейцы. Их отряд заканчивает собирать припасы и вскоре отправится к Северному рубу.

– Всё равно мало, – покачал головой Гелороне, чей пыл уже немного остыл, – численность врага неизвестна, но я подозреваю, что не меньше десяти тысяч.

– Пока что они сожгли три прибрежные деревни, – ответил рыжеволосый Алороке, – но это только начало. Пока мы говорим, возможно горит ещё одна.