Три жизни

Три жизни

Владимир Иванович Седов

Космические путешествия Техника приводят его на необычную планету. Ее жители рождаются с тремя жизнями. Как же они ими распоряжаются?

Владимир Седов

Три жизни

Техник был человеком скромным.

Он просто работал.

Делал дело, которое однажды ему понравилось, а затем и полюбилось на всю жизнь: летал на новые планеты, открывал новые цивилизации, удивлялся, влюблялся, учился, встречал и терял друзей и врагов. Но то, что встретилось ему в одном из самых дальних путешествий, на планете в самом дальнем углу нашей галактики, было за пределами разума.

Планета была как планета. И жители на ней были обычные. От землян, на первый взгляд, ничем не отличались.

Запросил посадку – дали.

Сел. Прошел контроль.

На контроле Чиновник спросил Техника:

– В какой город поедете?

Тот пожал плечами и ответил честно:

– Не знаю.

– Чем торгуете?

– Ничем, – ответил Техник. – У меня тут вынужденная посадка. Раз сел, посмотрю, как вы живете.

– А у вас сколько действительных жизней?

– Действительных жизней? – удивился Техник. – Одна, наверное.

Чиновник, не высказав ни удивления, ни восторга, взял какую-то карточку, что-то на ней черкнул и сказал, подавая ее Технику:

– Тогда вам в Третий город.

Техник возражать не стал – в Третий так в Третий. Поживу, подумал, в Третьем. Надоест, перееду в Первый или Второй. Прежде чем уйти, Техник, по своей традиции, как делал при любой вынужденной посадке, подарил Чиновнику бутылку русской водки с Земли.

Заплатил пошлину, поменял деньги и отправился в Третий город. Самый, как оказалось, большой – аж на полпланеты.

Население там было на удивление веселое и беззаботное. Но самое странное: во всем городе – ни одного полицейского, ни единого военного.

А когда он за пьяным столом начал расспрашивать своих новых собутыльников, почему у них на их такой веселой планете нет слуг закона и стражей порядка, они лишь рассмеялись и ответили, что им, людям Третьей касты, только с одной, последней жизнью, ни к чему охранники их последней жизни – ведь она же последняя.

– Это те, у кого две или три жизни, за них трясутся, а нам чего бояться? Одна жизнь и есть одна.

После этих слов все за столом разом погрустнели и замолчали.

Потом посмотрели на Техника. А один из местных спросил:

– Ты что, с другой планеты прилетел?

Техник кивнул: мол, именно так.