Женька, или Миражи за бугром

Передав мелкого утопленника и отмахнувшись от благодарностей, он подошел к жене, которая, ожидала его у берега. При его приближении она отвернулась.

– Ну, ты у меня…насквозь положительный, – пробормотала она, то ли одобрительно, то ли как-то иначе.

– Просто я оказался рядом, – оправдался он. – Прости, что тебя бросил.

Женя встряхнула мокрыми волосами и высоким незнакомым голосом заявила:

– Надо было взять с них деньги.

Василий открыл рот, потом, справившись с удивлением, спросил.

– У нас что, с ними проблемы?!.

В ответ Женя лишь неопределенно фыркнула и ответила, что идет к машине и что Василию следует забрать у кустика покрывало. Хотя бы.

Когда Василий пришел, она уже сидела на месте для водителя, и рассматривала карту, развернутую на руле.

– Ты что, любишь детей? – странным тоном спросила она, сворачивая бумагу.

– Одичала ты у меня! – улыбнулся Василий, усаживаясь на свое место в автомобиле.

– Наверное, – согласилась Женя.

Василий обнял ее одной рукой, притянул к себе и, зарывшись лицом в ее волосы, тихо проговорил:

– Не переживай.

Все у нас будет в лучшем виде.

Как в подтверждение его слов на своем сидении тихонько тявкнул Жучок.

– Еще лучше?! – язвительно хмыкнула Женя. – Вроде бы больше и некуда.

. Не дожидаясь его реакции, она запустила двигатель. У знакомого уже пешеходного перехода Женя снова притормозила, присмотрелась к своре непослушников за решетчатым забором, но заметила, что Василий, только что дремавший, открыл глаза, поспешно задрала голову вверх и хотя в небе ничто не просматривалось, сказала, что полететь на дельтаплане, как тот пилот, она бы не отказалась.

С утра Василий, сославшись на дела, отправился в город. Женя не стала расспрашивать куда он и зачем. У нее свои проблемы – освоить моющий пылесос. Домик не так мал, чтобы можно было обойтись шваброй с тряпкой. Даже просто прогуляться по нему пылесосом, нужно затратить полдня. Василий уже намекал ей, чтобы она присмотрела себе какую-нибудь помощницу. Но что тогда останется ей? От безделья влезть в свои проблемы еще глубже? Нет, пока она не определилась в этой новой жизни, все будет делать сама.

… Да и чем, собственно, домоводство хуже иного занятия? Разве оно не может стать тем самым «хобби»? Испытывает же она удовольствие оттого, что когда гора немытой посуды превращается в сияющие сервизы. Если поразмыслить, то и времени на хандру не должно оставаться. Если, конечно, не уподобляться дураку, которого заставили богу молиться.