Амнезия, или Фанера над Парижем

По договоренности с ним, я должен сам прийти в его кабинет, если в моих травмированных мозгах зародится очередной «кроссворд», и доложить об открытии. Словестные изыскания продвинули нас недалеко – теперь я знаю определенно свою половую принадлежность и как выгляжу со стороны. Мои экскурсии к зеркалу постепенно меняют мое отношение к тому, что там отражается. Конечно, это не воплощение той иллюзии, с которой я расставался в первый день прозрения, но и не то чудище, что выглянуло на меня в первый раз.… Если не ошибаюсь – этот процесс называется смирение.

С чего в моей черепушке застрял какой-то монументальный образ Аполлона, понятия не имею. Может быть, я был им в прошлой жизни? Да, собственно, сейчас-то какая разница, коль это в прошлом.

Желание выяснять, кем я был в прошлой жизни у меня все меньше, но понимаю, что если буду упрямиться, живо вылечу за дверь. За которой я не знаю, что меня ждет, но чувствую – хорошего там мало. А здесь меня устраивает все и уютная палата, и длинные коридоры и туалет и ванная комната…

Мое приспособленчество, похоже, просек невропатолог, потому что в одну из встреч задает мне вопрос как раз на эту тему.

– Вы чувствуете себя здесь как рыба в воде.

Он смотрит на меня озадаченно, и я помогаю ему справиться с очередным подозрением.

– Нет, к медицине я, не причастен.

Чтобы он отстал, я обещаю больше ходить, на что тот хмыкает.

– Да я и не об этом. В вас должно зреть желание выйти отсюда, окунуться в жизнь, вернутся к ней, а что-то не просматривается…

Размышления его я слушаю с ужасом, потому что никак не хочу никуда окунаться.

Я и плавать то, наверное, не умею.

После пугающих бормотаний врача я стараюсь попадаться на глаза персоналу пореже, но все время лежать невмоготу. Соблюсти конспирацию, однако, удается не всегда. Сегодня я нарушил ее по собственному недомыслию. Пробираясь по коридору в сторону санитарной комнаты за одной из дверей слышу шум воды, и принимаю ее за вход туалет. Мне не приходит в голову, что там может кто-то быть и представшая передо мной в полный рост обнаженная женская фигура под душевой сеткой, лоснящаяся от воды, очередная неожиданность.

Я вижу шоковое выражение на лице, взгляд, прикованный к определенной точке моего тела, опускаю глаза.…

Эти мои преждевременные приготовления опять меня подводят. Я, конечно же, снова поторопился извлечь свой шланг. Может быть, она решила, что это предложение. Хотя не знаю, зачем ей это нужно.