Подарок принцессы

 – Деньги у меня просто отнимут.

– А если ты скажешь, что можешь принести еще? – спросила Алекс.

– Меня будут бить, – просто сказала Тина, потом добавила: – Но сейчас много работы. Сильно не побьют. Давай денежку.

Александра достала из кармана одну из старинных серебряных монет.

– Ого! Большая, – проговорила девушка, забирая из ладони Алекс белый кругляшок.

– Вот, возьми еще, – Александра удержала в своей руке ее ладонь. Кожа на пальцах была грубой и потрескавшейся. – Спрячешь куда-нибудь, чтобы не бегать сюда.

– Тебе еще что-то нужно? – догадалась Тина.

– Одежда, – ответила Алекс. – Штаны, рубаха, жилет. Такие, какие слуги носят.

– Я попробую достать, – пообещала девушка, пряча деньги куда-то под подол. – До свидания.

– Я буду ждать, – проговорила Александра, глядя, как исчезает в кромешной тьме крошечный огонек масляного светильника.

Когда легкие шаги затихли, Алекс почувствовала себя смертельно уставшей. Она растянулась на стеллаже и задремала, положив под голову сумку.

Сайо долго не спала, а как только задремала, за стенкой послышался скрип двери, ворчание и топот.

– Вот тебе еда, госпожа, – проговорила она, ухмыляясь. – Хочешь все сразу ешь, хочешь на весь день растягивай. У меня времени нету тебя обедами да ужинами кормить.

– Вынеси ведро, оставь светильник, и ты мне больше не нужна, – властно сказала Сайо.

Женщина хмыкнула. В коридорчике тихо звякнуло железо.

Служанка взяла помойное ведро и, бросив злобный взгляд на девушку, вышла. Дверь захлопнулась, оставив ее в темноте. Служанка быстро вернулась. Принесла чистое ведро и бутыль с маслом.

В комнатку вошел Херато.

– Носо-сей поехал в Канаго, – проговорил он, глядя на нее страшными, рыбьими глазами. – Хочет найти тебе достойного покупателя.

– Надеюсь, ему это удастся, мой господин, – поклонилась Сайо.

Оставшись в одиночестве, девушка вновь оказалась во власти мрачных мыслей. Теперь уже было ясно, что она никогда не увидит свою мать. Ей суждено стать живой игрушкой для какого-нибудь противного развратного старика. На глаза навернулись слезы. Она всхлипнула, но тут же подумала, что лучше быть живой игрушкой, чем мертвой. Вдруг Вечное Небо все же сотворит чудо и ее освободят войска дарийцев? Если она будет жить, всегда остается надежда на чудо.