Подарок принцессы

Он уже был одет в чистую одежду, и только сырая голова напоминала о кошмарном ночном заплыве.

– Они спокойно говорили при тебе? – продолжал сомневаться командир Нагаси.

– Я был в одежде простолюдина, – повторил он. – Предатель Сакуро и лесной варвар разговаривали на их диком языке. Они не могли знать, что я их понимаю.

Цурико молчал, углубившись в свои мысли. Перед его взором вновь предстали огромные камнеметы. Сотник поморщился.

– После рассвета?

– Да, мой господин.

– Мы их встретим, – мрачно проговорил Цурико.

За окном башни послышались знакомый свист и крики.

– Пожар!

Осада продолжалась.

Во второй половине ночи обстрел немного ослаб. Скорее всего, у дарийцев вышли из строя два малых камнемета. А использовать большие в темноте они не решились. У защитников Нагаси наступила короткая передышка.

Цурико подозревал, что это очередная уловка коварного врага. Попивая крепчайший чай, он рассуждал, глядя на внимательно слушавших десятников:

– Дикари надеются, что мы расслабимся и будем спать, когда они полезут в пролом.

Но воины Хайдаро не доставят им такого удовольствия. Нам нужно продержаться еще пару дней. Сегун уже собрал войска и идет к нам на выручку. Да и сам Сын Неба не потерпит такой наглости от грязных, вонючих дикарей. Еще немного, и мы устроим им кровавую баню!

На изможденных лицах соратников засветились робкие улыбки.

– Все войска на защиту пролома. Пусть ждут и помнят свой долг.

Десятники с шумом поднялись из-за стола и один за другим покинули комнату.

Командир расстегнул застежки панциря.

– Мы будем готовы.

По-осеннему темная и ветреная ночь подходила к концу. Затянутое плотными облаками небо на востоке посерело. Подгоняемые упрямым ветром мелкие волны бились о стены Нагаси. Их плеск прекрасно маскировал легкий шум весел. Двадцать низких плоскодонных лодок, битком набитых воинами, осторожно приближались к крепости. Это были бывшие соратники Амамото, успевшие за двенадцать лет повоевать и в лесах, и в диких степях.

Теперь настало время вернуться на родину и посадить на трон империи Истинного Сына Неба.

Стоявший на носу передней посудины Сакуро пристально вглядывался в терявшую плотность темноту ночи. На черной зубчатой стене мелькнул огонек. Погас, снова мелькнул. Через несколько минут второй огонек зажегся рядом с первым.

– Храни нас, Вечное Небо, – пробормотал Сакуро, надевая шлем, украшенный оранжевой летной. – Вперед.