Разборки на дорогах. Рассказы

На воротах у нас стоял, обычно, Саша Колесников и было боязно смотреть, когда он бросался под шайбу, а защитной экипировкой ему служили зимняя летная куртка и валенки, набитые газетами. Вообще с хоккейной экипировкой тогда наблюдались большие трудности, клюшки быстро ломались, хорошие коньки для большинства из нас казались дорогими…

В те годы город разделился на новые микрорайоны, большинство жителей в которых составляли приезжие из ближайших деревень, работавших на стройках и заводах, а их дети – подростки организовывались в многочисленные хулиганские шоблы, дравшиеся между собой, как говорится, стенка на стенку и когда с обеих сторон собиралось несколько сотен человек.

Особенно частыми и кровавыми эти драки стали, когда строительство на НЛМК прокатного «Стана-2000» объявили «комсомольской стройкой» и в Липецк приехал прямо со съезда ВЛКСМ молодежный стройотряд количеством в тысячу человек.

Военный городок обнесен высоким бетонным забором, на проходных солдаты проверяли пропуска, тем не менее, когда однажды мы на стадионе играли между собой в футбол, через забор перелезли человек пятьдесят молодых парней из соседнего микрорайона, в руках они держали заточенные металлические пики и велосипедные цепи.

Окружив нашу спортивную площадку, и, втыкая в землю пики и помахивая цепями, они стали выяснять, где живет некий парень, который, мол, ходит с их девчонкой? Переговоры вел Витя Зимин, парня он, конечно – же, не выдал, хотя мы поняли, о ком шла речь, и, сказав, что этот парень, скорее всего, из района железнодорожного вокзала, предложил главарю шоблы сыграть с нами в футбол.

Игра продолжалась не более 30 минут, после пропущенного в свои ворота третьего гола, главарь сказал, что, мол, пора им бросать курить и шобла полезла обратно через забор.

Тогда мама нашла у меня в заднем кармане брюк кастет для самообороны, который я выплавил на костре из куска олова, и мне здорово досталось за него от родителей.