Мономах. Смерть банкира

 – Я заплачу, сколько нужно, только из этого кабинета я должна выйти не одна.

«Не похоже, что она напугана, – подумал Сергей. – Однако ведет себя, по меньшей мере, странно».

– Вы не подумайте, что я отличаюсь нездоровым любопытством, – издалека начал он, – но сейчас я задам вам несколько вопросов, на которые вы постараетесь ответить искренне. По мере возможности, конечно.

– Задавайте, – равнодушно кивнула Юлия.

– Зачем вам нужен охранник?

– Глупее вопроса не придумаешь. Охранник мне нужен для того, чтобы он охранял меня.

Ясно?

– Вам кто-то угрожает?

Свиридова громко фыркнула и нервно затушила сигарету. В ее прекрасных глазах полыхал гнев, а губы искривила презрительная улыбка.

– Это не ваше дело! Не хотите со мной работать, не надо. Я обращусь к другому агентству, где к моим проблемам отнесутся с пониманием.

– Обращайтесь, – спокойно ответил Толоконников. – Я не собираюсь навязывать вам свои услуги… Извините, что не могу проводить вас до двери.

Он ожидал, что Юлия тут же встанет, бросится к выходу, громко хлопнет дверью, однако женщина не сдвинулась с места.

Лишь достала из пачки новую сигарету и принялась мять ее в длинных, тонких пальцах.

– Простите меня за грубость, – эту фразу она произнесла тоном кающейся девочки. – В последнее время я нахожусь в несколько подвешенном состоянии. Много работы, вот иногда и срываюсь по пустякам. Я была не готова к вашим вопросам, хотя прекрасно понимаю, что вы задаете их не из праздного любопытства.

Мне больно рассказывать обо всем, что со мной произошло, но…

Она сделала эффектную паузу, дабы заинтересовать собеседника. Однако, не заметив в глазах Толоконникова любопытства, продолжила уже совершенно нормальным голосом:

– Несколько дней назад был убит президент коммерческого банка «Юнона» Тимофей Сергеевич Цаплин.

– Да, я слышал об этом.

– Все дело в том, что Тимофей Цаплин был моим любовником. Мы познакомились полгода назад, на одной из презентаций. И я, и он считали себя независимыми людьми, и для каждого из нас на первом месте была карьера.

Возможно, именно поэтому я три года назад развелась со своим мужем, а Цаплин ушел из семьи и того раньше. Мы оба и не мечтали о настоящей любви, но разве она нас спрашивала? Пришла и все тут…

Юлия тяжело вздохнула, и Сергей понял, что она переживает случившееся гораздо глубже и сильнее, чем хочет показать.

– Мы окунулись в это чувство с головой, – с усилием продолжила Свиридова.