Слоёнка

] и «богатство», обязательно найдётся место для «злобы», «жадности» и «недоверия». А потому-поэтому, ни о какой преемственности научных знаний здесь говорить не приходилось. Главным для всех таких «исследователей» был девиз: «не получил Я, так пусть же ОНА не достанется никому»! Или классическое: «не стала моей, так не достанься же ты никому».[43 - Понятно, что под «НЕЙ/ОНОЙ» имеется в виду – «вечная жизнь». Боже, как мне нравится это словосочетание; «имеется в виду», в смысле!]

Одним выдохом.

Жуть! Вообще, «озлобившееся скупердяйство» во все времена приводит исключительно к негативным последствиям. А когда такое отношение касается смерти, говорить о каком-либо прогрессе в борьбе с ней – глупо. Неизбежное, становясь непреодолимым, гарантирует неизменность классической схемы: родился – родил – умер, родился – родил – умер и т. д… Ах да, чуть не забыла: и, собственно, перед самой смертью – недолго с нею «поборолся».

Причины и механизмы «ничегонеделания».

Естественно, ради всего вышеперечисленного вполне сопоставимые, если не большие суммы расходовались не столько на сами исследования, сколько на обеспечение их секретности. И если б у кого возникло желание собрать в одном месте результаты проводимых этими «богатенькими Буратинками» исследований-опытов, то больше всего подошёл бы Велосипедный Музей. Представьте себе целый музей из «вновь изобретённых» велосипедов! Да, именно так, каждый раз эти неудачники изобретали свой собственный велосипед.

Совсем по другой схеме дела делались в секторе бюджетной науки. В её «обшарпанных хоромах» учёные работали открыто и с полной самоотдачей – хоть и без «атласных штанов», но искренне веря в свои собственные силы. Впрочем, и здесь, как и в вышеприведённом примере, главной причиной неудач были деньги. И если у «богатых Буратинок» тормоз виделся в их избытке, то в среде классической науки – в острой нехватке.

У «безштанных» мало того, что не за что было купить нужное оборудование и расходные материалы (а без вышеназванного в исследованиях такого уровня – уж вообще, никак-никуда), так ещё досыта прокормить себя и своих близких возможным не представлялось.[44 - Впрочем, Остин считает, что главным условием качественной работы мозга есть «выраженная полуголодность».